Читаю надпись на тортике — «Скоро буду».
— Я беременна! — восторженно сообщает Злата.
Я тяжело и прерывисто дышу, стараясь совладать со своими эмоциями. Нужно показать детям, что я рада за них. Улыбнуться хотя бы и поздравить.
Но у меня словно лицевые нервы зажало.
Я не могу…
Потому что теперь мне кажется, что не бывает никакой любви. Мы с мужем двадцать три года были вместе, и все закончилось предательством.
А тут дочь вот-вот замуж выскочит, еще и беременная. И я не должна проецировать свою ситуацию на их молодую перспективную семью.
Но я не могу…
Мне кажется, что даже самый любящий и искренний муж однажды оборачивается чудовищем. И в голове так и звучит голос Николая: «Ты — просто жена. Она — просто любовница. Не нужно придавать этому такую важность».
— Я… очень рада за вас! — с трудом выдавливаю из себя сжатым, сиплым голосом.
— Ма-а-а-ам, ну ты вообще! — со смехом выдает Златка. — Я то думала, что ты обрадуешься, видео красивое получится!
— Прости, Златусь, — лепечу.
— Мам, у тебя что-то случилось? — обеспокоенно интересуется дочь и садится рядом со мной на стул.
— Нет.
— Ма, ну я же вижу. Меня можешь не обманывать, — утешающе гладит меня по плечу.
А я застыла пустым взглядом на красивом торте. Ситуация с мужем очень сильно меня подкосила. Уверена, если бы Злата с Димой приехали с такими новостями завтра, я бы смогла обрадоваться и как следует поздравить молодых.
А сейчас у меня парализованы все чувства, кроме одного — жуткого разочарования в браке.
— Дим, ну все, хватит снимать, — раздраженно шипит дочка на своего жениха. — Иди лучше… руки помой.
— Да мне не надо, — пожимает плечами.
— Дим, иди, — с напором проговаривает Злата.
И Димочка понимающе кивает, скрывается за стенкой.
— Мам?
Знаю, что дочь не отстанет. Будет допытывать до последнего, пока правду не узнает. Но она теперь беременна и ей нервничать нельзя. Я не должна говорить ей о том, что отец нашел себе помоложе. Как бы сильно не клевала меня обида, я выше этого.
— Прости, Злат. Я устала. У меня давление упало, наверно. Я вот хотела кофе попить и прийти в себя, но не успела.
— Голова болит? — Златка улыбается сочувственно, от нее теплом веет.
Стыдно обманывать дочь. Но я не знаю, нужна ли ей эта правда?
Я бы предпочла не знать.
— Болит, — соглашаюсь я. — И кружится.
— Так нужно папе позвонить. Пусть едет домой и за тобой ухаживает!
— Не надо. У папы проект. Ему не до меня.