— Господи, девочки, остановитесь! Я же на грани увольнения, а вы обсуждаете вулканы и взгляды! Он меня в порошок сотрёт после всего этого.
Дженна уверенно кивнула.
— Никто тебя не уволит. Он тебя воспитывать будет. Воспитывать и дрессировать.
— Чего?! — я едва не уронила свою чашку. — Вы с ума сошли! Он меня ненавидит!
— Ты его зацепила, Тесс, — поправила Кэссиди, голос у неё был серьёзный, почти наставнический. — А это не одно и то же. Наоборот, это уже почти признание. Это редкий талант.
Я опустила взгляд на свои руки, чувствуя, как внутри что-то переворачивается.
— Если вы правы, то я уже жалею. Я не умею играть в эти игры.
Дженна ткнула меня в бок локтем.
— Да ладно тебе. Ты и не заметила, как стала главной героиней своего собственного фильма. Вот так живёшь, носишь папки, а потом бац! — и ты уже в эпицентре самого горячего ромкома года.
Я снова усмехнулась, позволяя себе расслабиться. Сердце больше не колотилось, как сумасшедшее. Эти две могли развеять любую бурю, даже если она бушует внутри меня.
— Слушайте, — сказала я, наклоняясь вперёд, — а если всё-таки уволит? Что я буду делать?
Дженна вскинула палец.
— Во-первых, мы с Кэссиди пригласим тебя в бар. Во-вторых, устроим вечер караоке. В-третьих, наберём тебе новых интервью на утро.
— И в-четвёртых, — добавила Кэссиди, — мы запишем твой монолог про «самодовольного сноба» на стендап-открытый микрофон. Ты взорвёшь зал!
Я фыркнула и рассмеялась.
— Может, лучше не надо?
— Надо! — хором сказали обе.
И тут я осознала, что готова идти с ними хоть в огонь. Они — моя броня в этом мире.
— Ладно. Но если всё обойдётся, вы обязаны помочь мне выбрать платье на корпоратив.
Кэссиди подмигнула.
— Считай, что у тебя два личных стилиста.
— Да, и мы сделаем тебя такой, что мистер Уинтерс сам заикаться начнёт, — добавила Дженна. — Ты же знаешь, каким должно быть это платье?
Я задумалась.
— Красное?
— О, да! — Кэссиди хлопнула в ладони. — Красное. Обтягивающее. И с открытой спиной.
— Мы из тебя конфетку сделаем, — добавила Дженна. — Хотя ты и так конфетка, только обёртку поменяем на более эффектную.
— Он умрёт, — протянула Дженна, и в голосе её звучала довольная нотка. — От зависти. К другим мужикам. Придёшь на вечеринку в красном платье, а он такой: «Ого…». Всё, карта ляжет иначе.
Я смеялась вместе с ними, впервые за этот день чувствуя, что не всё потеряно. И кто знает… может, мистер Уинтерс действительно узнает, кто такая настоящая Тесса Чон.
И когда мне уже показалось, что я наконец-то вынырнула на поверхность, воздух прорезал звонок телефона.
— Тесса, тебя вызывает мистер Уинтерс. У тебя две минуты. — Голос Тины, его секретаря, был спокоен, но в нём звенел металл.