— Поздравляю, — сказала устало, ища глазами куда бы присесть, ноги еле держали.
Вот мы и разведены. Было не по себе, холодно и неуютно.
— Могло быть и хуже, — проговорил Вебер, — До свидания, я больше здесь не нужен, — поспешил откланяться.
Да, однозначно могло, но вроде обошлось… Как же захотелось напиться…. «Отпраздновать» свою свободу…
ГЛАВА 16
ОЛИВИЯ
Обратный путь дался тяжело. Совершенно не хотелось возвращаться домой. Но там остались вещи, и предстоял разговор с поверенным.
Еще час назад чувствовала себя полной сил, думала, что буду отстаивать свои права, что-то стребую с мужа. А сейчас напало равнодушие, мне было все равно. Ритуал забрал всю энергию.
Вебера с нами больше не было, так что мы расселись на противоположные скамьи в повозке, как и положено разведенным супругам. Всю дорогу смотрела в окно, а вот Гринувэй посматривал периодически на меня. Я прекрасно чувствовала его взгляд, он обжигал до боли. Неприятное чувство поселилось внутри, я словно оголенный нерв воспринимала сейчас все слишком остро.
— Ты в порядке? — поинтересовался моим состоянием на подъезде к особняку, — Может, перенести встречу на завтра?
— Ни к чему, — ответила тихо, — Все нормально, как это может быть в нашем случае.
Он кивнул, не стал настаивать. Уже закончим со всей волокитой побыстрее и разбежимся по разным сторонам.
Ованс вместе с сестрой ждали на пороге. Только каравая с хлебом и солью не хватало. Видно было, что Бет переживает, боится, все ли прошло успешно и получил ли Гринувэй долгожданный развод. Бросила взгляд на правую руку мужчины и, наконец, расплылась в улыбке.
Также было заметно, что сестрица уже успела пообщаться с поверенным и наверняка располагая его к себе, позиционируя против меня. Женское очарование у нее имелось. Я же сейчас выглядела как сонная муха, неспособная к переговорам.
— Пройдёмте в дом, — пригласил всех Питер.
— Я все подготовил, как вы и просили, — Ованс протянул ему папку.
— Я бы хотел кое-что изменить, — заявил Гринувэй, поверенный кивнул, — Оливия, зайди в мой кабинет через пятнадцать минут.
— Хорошо, — мы остались наедине с сестрой, я плюхнулась в кресло, намереваясь вздремнуть.
— Не сомневалась, что вас разведут, — усмехнулась Бет, не давая спокойствия. На что я надеялась? Она не упустит шанс позлорадствовать. Столько ждала, и вот Питер плывет к ней в руки.
— Рано радуешься. Не говори «гоп», пока не перепрыгнул, — проговорила, не поднимая век.
— Что ты несешь?! — не поняла она моего фразеологизма, встречающегося, видимо, только в нашем мире.
— Ты в этом доме никто, — пояснила для нее, — Мужчина не вещь, чтобы его присваивать.
— Кто бы это говорил. Я, в отличие от тебя, не подделывала истинность и в состоянии родить ему наследника, а ты пустышка, — она жалила в слабое место как настоящей Оливии, так и в мое.
— Обещать не значит жениться. Сейчас ты истинная, а завтра другая.
— Когда это ты в мудрецы записалась?! Хотя язык тебе сейчас не повредит, больше не будешь сидеть на шее у мужа, а придется потрудиться самой.
— Бет, хватит. Желаю вам счастья. Женитесь, рожайте детей, меня это больше не волнует.
Сестра с подозрением посмотрела на меня, не ожидая таких пожеланий.
— Ты что-то задумала?! — она покосилась на дверь кабинета, в котором скрылись мужчины, — Что ты сделала? — заволновалась, — Что он решил изменить?
— Откуда мне знать, — понятия не имею, что пришло Гринувэю в голову. Я просто в любом случае ни на что не рассчитываю. Наши ожидания — наши проблемы. Лучше не ждать, тогда не последует разочарования. Конечно, это трудно, но спасибо ритуалу, он действовал на меня как мощное успокоительное.
— Я обещала оставить тебя ни с чем, и позабочусь об этом, — она направилась в кабинет, — Ты ничего не получишь!