Моднявый сперва оторопел, а затем так же нахально усмехнулся, пригладил свои и без того зализанные волосы, после чего покинул кабинет.
— Чем обязан? — поинтересовался я.
— Ты ещё спрашиваешь? — сейчас Лера выглядела очень недовольной: — Ты хоть понимаешь, что сообщество итальянской кухни находится на десятом месте в топе⁈ Они существуют более пятидесяти лет!
— И что с того?
— Ох… — Глава студсовета вытащила из полки корзинку в виде сердечка, в которой лежало миленькое печенье: — Вот! Попробуй.
— Благодарю. — я выбрал ту, что была в форме облачка. Только сейчас заметил, что на каждой из них каллиграфическим почерком выведено слово: «Лерусик».
Стоило сделать один укус, как меня тут же унесло в ванильную фантазию.
Как будто… я попал в тот самый сказочный домик из сладостей. Вокруг летали феи. А на небе вместе облаков парили огромные куски розовой сахарной ваты.
Кроме ванили тут чувствовался привкус какао. Но не горького в чистом виде. А именно какао-напитка. Что-то типа «Несквика»! С лёгкими нотками молочного шоколада… Блаженство.
— Ну, как тебе? — Глава студсовета не сводила с меня глаз.
— Обалденно! Парень, который это приготовил — явно в тебя влюблён.
— Это не парень! А шестой номер Совета Элит — Дуня. Она постоянно подкармливает меня сладостями. И буду откровенной… эта негодяйка жёстко меня на них подсадила.
— Она явно тебя задабривает.
— Всем иногда хочется, чтобы о них позаботилась старшая сестрица.
— Я даже не буду уточнять, в каком смысле. Хотя, буду предельно откровенен — мне очень интересно!
— Ах ты ж развратник! Но не переживай. Я просто морально поддерживаю её перед дуэлями и различными важными событиями.
— Это прекрасно. Но я так и не понял, что ты мне хотела сказать этим печеньем?
— Сможешь приготовить аналогичное?
— Смеешься? Конечно, нет!
— Вот и я, о чём? — Лера вновь тяжко вздохнула: — Дерек, я понимаю, что ты очень талантливый парень. В тебе есть запал и дикое желание развивать своё кулинарное мастерство! Но если ты будешь без раздумий принимать вызовы на дуэли со старшекурсниками… Это рано или поздно может вылиться в нечто нехорошее не только для тебя, но и для Николая.
— То есть ты думаешь, что я не разбираюсь в людях и не умею взвешивать риски?
— Кхм… Что ты имеешь в виду?
— Характер чётко проявляется в готовке. И если человек создал себе кумира… И не просто кумира, а настоящего идола — то это значит, что глаза такому человеку застилает страсть. А если этот идол — повар, то значит готовка такого фанатика не более, чем вторична.
— Да с чего ты взял⁈
— У тебя есть кумир?
— Ну… Как сказать? Мне нравится Раневский. Он крутой.
— А где же тогда твой фан-клуб?
— Извини, но я же не до такой степени!
— А Силуянов — до такой. Мы можем бесконечно уважать профессионала за его творения. Можем любить его творчество. Можем бесконечно долго вдохновляться им! Но едва ты перейдёшь грань… Ты превратишься в тень. У тебя есть свой собственный стержень. Ты сформировала внутри себя основу, на которой строишь свою дальнейшую карьеру повара. Ты уверена в себе. И ты уже демонстрировала это на примере неформальной дуэли с Леночкой. А Силуянов — совсем другой. Он ставит свою любовь и уважение к Амелии выше себя и своего мастерства! Стал бы уважающий себя второкурсник «марать руки» о двух первогодок-простолюдинов? Конечно, нет. Все эти Маршалы — вне всяких сомнений, крайне талантливые повара. Я в это верю. Но тот же Корягин показал мне, что возлагая всё на талант или способности другого человека — ты теряешь самого себя. Что Силуянов, что Корягин — пропавшие таланты! И если здоровяк уже начал трансформацию в нужное русло, то Силуянов вряд ли сам доберётся до этой идеи. Понимаешь?
— Хм-м… Никогда не думала об этом… с такой стороны.