В общем, галантности мне стоило бы поучиться.
И вот через три недели после ухода Бильмо, за несколько минут до заката, прозвенел колокольчик, и входная дверь хлопнула.
– Это часовая лавка «Темный Час»? – громко спросил молодой человек, широко улыбаясь. – Я пришел с другой стороны, если вы понимаете, о чем я.
– Да, – я оторвался от вечерней газеты и посмотрел на посетителя.
По нему нельзя было сказать, что он пришел «с другой стороны»: до этого на моем пути встречались только чудовища и всякая нечисть. Сейчас же у прилавка стоял прекрасный курносый юноша с золотыми волосами.
– Я Уильям, – он протянул бледную тонкую руку. – Принц Уильям.
Я стыдливо пожал ее – моя огрубевшая ладонь вся была в мозолях.
– Дей. Чарльз Дей, Ваше Королевское Высочество.
– Вы Дей! – воскликнул Принц, и лицо его осветила лучезарная улыбка. – Как мне повезло с вами! Поговаривают, что вы один из лучших Часовщиков во всем Человечье!
– Вы мне льстите.
– Нет, что вы, нисколько. Я лишь повторяю то, что слышал, – Уильям сиял, подобно соверену. – Я перейду к делу: понимаете ли, мистер Дей, я решил жениться на принцессе.
– Это похвально, – я одобрительно улыбнулся. На фоне блестящего, как новый пенни, Уильяма, я чувствовал себя неказистым старцем, жизнь которого должна была вот-вот закончиться.
– Так вот, мистер Дей, я обязан явиться к ней с праздничным подарком, а потому прошу вас: сделайте для нее механического соловья, который бы пел самые красивые трели на Земле. Вы сможете, мистер Дей?
Уильям выглядел смущенным, обеспокоенным и радостным одновременно. Его лицо отличалось от других необычайной живостью: глаза сверкали от восторга, алели уши и щеки.
Что ж, сделать игрушечного соловья в клетке, поющего какую-нибудь песенку, не составляло для меня особой сложности.
– Я сделаю его к среде. Это вас устроит, Ваше Королевское Высочество?
– Бесспорно! – счастливо воскликнул Уильям. – Можно заходить к вам каждый вечер и проверять, как идут дела?
– Конечно.
– Я приду завтра, после вечернего чая?
– Непременно.
– Сколько будет стоить ваша услуга?
– Два шиллинга и пять пенсов.
– Замечательно! Тогда до завтра! – и воодушевленный Принц исчез из лавки также стремительно, как и появился.
Сколько сказок про принцев и королей читала мне мать? Десятки, если не сотни и не тысячи, но ни в одной из этих сказок не было часовщика, который за два шиллинга соглашался бы сделать для будущей невесты механического соловья. Я чувствовал себя героем новой сказки, которая складывалась на моих глазах и полностью зависела от меня. В моих мозолистых руках был будущий брак Принца Уильяма.
Я приступил к работе. В первый же вечер мне удалось полностью сделать заводной механизм, однако он еще слабо походил на птицу. Для человека, мало понимающего в устройстве заводных игрушек, это был набор шестеренок с маленьким заводным ключом, кольцо которого я специально отлил в виде сердца. Выглядело это не слишком презентабельно, и, чтобы не расстраивать Принца после вечернего чая, я соорудил тонкую золотую ветвь, на которой должен был сидеть соловей.
Спать я лег только на рассвете.
В понедельник Уильям появился в лавочке ровно в пять часов тридцать минут после полудня.
– Как идут дела, мистер Дей? – его лицо было озарено светлым, почти детским любопытством.
– Пойдемте, Ваше Королевское Высочество, я покажу вам.
– Вы позволите мне ступить за прилавок?! – в голосе Уильяма звучало столько ликования, что снова стало неловко: так сильно он восхищался любой, даже самой мало-мальской ерундой. – Пустите меня в мастерскую?!