Попаданка для конунга: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я выскочил обратно в коридор, гнев и что-то другое, острое и колючее, как ледяной осколок, подступали к горлу. У дальней арки мелькнула тень служанки.

— Ты! — мой голос прозвучал как удар бича. Девушка вздрогнула и замерла, широко раскрыв глаза. — Немедленно найди Гертруду! Обойди все дворы, спроси у стражей!

— Г-Гертруду, конунг? — переспросила она, растерянно моргая. — Прости, я не знаю…

— Деву, которую я спас! Ту, что без памяти! — крикнул я, и эхо понесло мои слова по каменным сводам. — Ищи!

Служанка, не мешкая, бросилась выполнять приказ. Я вернулся в опочивальню, чувствуя, как почва уходит из-под ног.

— Она сбежала, — сказала Хельга, и в её голосе не было удивления, лишь тяжелая уверенность. — Возможно, память вернулась сама. И, вспомнив, кто она, решила не задерживаться в доме незнакомого конунга.

— Неблагодарная, — вырвалось у меня сквозь зубы. Горечь заполнила рот. — Мы дали ей кров, хлеб. А она… ушла, не попрощавшись, не сказав спасибо. Разве так поступают?

Мать покачала головой, её взгляд был отстраненным, анализирующим.

— Не знаю, как поступает та Гертруда, о которой говорил Торвальд. Её я не знаю. Но ту девушку, что была здесь, с пустыми глазами и умелыми сноровистыми руками я знала. И та девушка на такое не способна. В ней не было ни лукавства, ни спеси. Была… потерянность. И благодарность, которую она не умела выразить словами. Но были стержень духа и сила воли.

— Тогда почему? — в голосе моем прозвучало отчаяние, которого я сам от себя не ожидал.

Хельга пристально посмотрела на меня.

— Ты сам сказал, что Эйрик просил отдать ему девушку. А что, если не просто просил? Что, если нашёл способ поговорить с ней? Или она, услышав об этом, предпочла бежать с ним, чем ждать, пока конунг решит её судьбу? Не исключено, Харальд, что она сбежала с ним.

Мысль ударила с такой силой, что я отступил на шаг. Картина сама собой сложилась в голове: настойчивый взгляд ярла, его странная алчная просьба. И девушка, испуганная, лишенная прошлого, готовая ухватиться за любую соломинку, лишь бы избежать неведомой участи.

Гнев вспыхнул во мне ровным холодным пламенем, выжигая растерянность и горечь.

— Тогда нужно найти Эйрика, — проговорил я, и голос мой стал низким и опасным. — И я займусь этим лично. Сейчас же. Если он посмел вывести её из моего дома без моего слова… — я не стал договаривать, схватился за рукоять меча и резко развернулся к выходу. На этот раз никакие пророчества матери не остановили бы меня. Искра, о которой она говорила, грозила разгореться в пожар, и первым в его пламени должен был ответить ярл Эйрик.

Я не пошел, а понесся. Пол под ногами сливался в серую полосу, гнев был топливом, а в ушах стоял гул. Меня не остановили ни стражи у дверей зала, ни два его личных берсерка, заслонившие было проход в покои, отведенные ярлу. Взгляд, полный дикой ярости, заставил их расступиться — они узнали в моих глазах конунга, готового на всё.

Я ворвался без стука. Эйрик сидел у стола, медленно доедая кусок оленины. Он поднял глаза, и на его лице не промелькнуло ни удивления, ни тревоги. Лишь привычная, чуть надменная усмешка тронула губы.

— Конунг Харальд, — протянул он, откладывая нож. — Не ожидал столь стремительного визита. Что случилось? Неужто вы передумали и решили отдать мне девку и так спешите сообщить об этом?

— Где она? Где Гертруда? — я перебил его, и слова вырвались хрипло. Я встал напротив, упираясь ладонями в край стола, нависая над ним.

— Кто? — брови Эйрика поползли вверх с наигранным недоумением.

— Девушка. Та, которую я спас. Она исчезла из своих покоев. Твоих рук дело, Эйрик? Ты просил её у меня. Где ты её прячешь?

Ярл медленно откинулся на спинку стула, сложив пальцы домиком. Его спокойствие било по нервам сильнее любой брани.

— Прячу? — он рассмеялся коротко и сухо. — Конунг, ты ошибаешься. Сегодня я попросил — да, просил, не требуя, — отдать мне эту… диковинку. Ты отказал. Я принял твоё решение, как подобает гостю и союзнику. Я не видел ее со дня пира. Более того, — он наклонился вперед, и в его глазах вспыхнул холодный огонь, — я даже имени её не знал. Гертруда, говоришь? Интересно.

Он говорил так убедительно, с такой спокойной уверенностью, что мой гнев начал буксовать, натыкаясь на стену его невозмутимости. Улик не было. Никто не видел, чтобы он подходил к её покоям. Да и как он мог вывести её, если все ворота на замке, а стража бдит?

— Ты клянешься? — выдохнул я, чувствуя, как почва под аргументами уходит.

— Клянусь своей честью и мечом, — Эйрик положил руку на эфес своего клинка. Жест был торжественным и, черт возьми, искренним. — Я не причастен к её исчезновению, Харальд. Более того, мне обидно, что конунг, чей хлеб я ем, заподозрил меня в таком низком деле, как похищение женщины из-под его крыши.

Он встал, выпрямился во весь свой немалый рост. Его лицо стало холодным и официальным.

— Я думаю, мне не стоит более задерживаться в твоём доме, где гостя встречают подобными обвинениями. С рассветом я покидаю твои земли. Мои люди уже готовятся.

Это был удар ниже пояса. Он превращался из подозреваемого в оскорбленную сторону. Удерживать его силой я не мог. Это грозило бы войной.

Я сжал кулаки так, что кости затрещали. Воздух между нами наэлектризовался ненавистью и недоверием.