– Да, погода в Техасе отличается непостоянством, – заметил Иэн и принялся складывать все назад в рюкзак.
Но даже закончив, он поднялся не сразу. Его взгляд уперся в камень позади меня. Посмотрев туда же, я охнула от ужаса. На его серой поверхности, там, где я сидела несколько секунд назад, ясно проступило мокрое пятно в форме моей попы.
Иэн озадаченно нахмурился и быстро глянул вверх-вниз по моим ногам, в чем, к моему немалому разочарованию, не было ни намека на флирт. Скорее, он думал, как ему не повезло столкнуться с такой чудачкой.
Внезапно его взгляд прояснился – он явно догадался о моей щекотливой ситуации. Мне захотелось закрыть сгорающее от стыда лицо руками и броситься наутек, вот только мои ноги приросли к земле.
Как ни странно, Иэн тоже не дал деру. Вместо этого он встал, продолжая что-то искать в рюкзаке. При этом опустил голову, так что я больше не видела его лица, и поправил бейсболку. Мой взгляд притянули к себе пылающие кончики его ушей.
– Кажется, я могу еще кое-чем помочь… если тебе нужно.
– В смысле… – начала я, покосившись на свои ноги, затем на его порозовевшие щеки. И тут мой взгляд остановился на его ладони, на которой лежали тампон и прокладка.
Убейте меня.
Казалось бы, хуже уже просто некуда, и на тебе.
От моего лица едва не повалил пар, когда я оттолкнула его руку.
– Нет. НЕТ! У меня не… это не то, что ты думаешь. Я просто села на пакетик с соком.
– На. Пакетик с соком.
Он запнулся всего на мгновение, но оно показалось мне вечностью. Время остановилось. Обратилось в ничто. Никогда в жизни я не хотела так сильно откуда-нибудь сбежать, как сейчас. Хоть сигай с обрыва в реку в стиле «Миссия невыполнима», и неважно, что я не умею плавать, должны же во мне проснуться животные инстинкты, как-нибудь выберусь.
Наверное.
Но так как это был не вариант, я попыталась сделать вид, будто ничего особенного не произошло, и, громко кашлянув, смахнула волосы с плеч.
– Пластыри, прокладки и тампоны? Да ты ходячая аптека.
– Есть такое. – Иэн смущенно потупился. – Мы с семьей часто ходим в походы, и мои старшие сестры вечно суют мне в рюкзак всякую мелочевку. У меня еще есть заколки и «Мидол», если нужно.
– Не надо. То есть ты для них вроде бесплатного вьючного животного? Паршиво. – К этому моменту мое желание поскорее сменить тему пересилило мой внутренний фильтр, и из меня полились откровенные грубости.
Но Иэн не обиделся, лишь фыркнул.
– Прибавь к этому мальчика на побегушках. На выходных мне придется из-за них тащиться в химчистку на Пятой улице за кучей платьев. Они устраивают вечеринку для подружек невесты в следующем месяце. И за простыней дичайшей расцветки. Я не решился спросить, на кой она им.
Я сочувственно помычала.
– Ну, у тебя хотя бы есть сестры. Я единственный ребенок, и мне бывало одиноко. Все время, если честно.
– Правда? Ни сестры, ни брата?
– Ну, у меня вроде как есть единокровные брат и сестра, но там все сложно. – Я потрясла головой. Зачем я вообще ему об этом рассказываю? – Тебе не нужно знать. Но у меня есть кузина, которая мне как сестра.
– Ну, сестры – еще ладно. Хотя мне иногда очень хотелось бы, чтобы они оставили меня одного. Ты не представляешь, сколько раз меня наряжали как живую куклу. – Он поморщился в попытке подавить улыбку. – Травма на всю жизнь. Я стараюсь об этом не вспоминать.
Забыв на секунду о собственной щекотливой ситуации, я засмеялась. Громче, чем следовало.
– Я сохраню твою тайну.
– Спасибо. – Иэн снял темно-синюю куртку и протянул мне. – На, тебе же надо чем-то прикрыться.
– О, нет, я не могу…
На его правой щеке снова возникла ямочка, и у меня екнуло сердце.