Легендарный Повар 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вернувшись на кухню, я сгрузил свой жалкий урожай в миску и погрузился в размышления.

— Тогда откуда взялся тот бекон? — спросил я вслух, снова воскрешая в памяти его безупречный вкус. — Как так вышло, что на этой допотопной кухне смогли приготовить такую божественную грудинку? Или дед тоже… — от неожиданности собственной догадки я даже замер на месте. — Тоже использовал ману?

Разумеется, ни чужая память Марка, ни чёртова Система не соизволили ответить на этот вопрос.

— Ладно, потом разберусь, — я мотнул головой, отгоняя лишние мысли. — Начну с огорода, раз уж решил.

И зашагал к сараю, попутно гадая, какие ещё артефакты прошлого поджидают меня внутри. Дверь протяжно заскрипела, и перед моим взором предстала груда старого, проржавевшего хлама. Здесь валялись и вилы, и погнутые грабли и даже коса, которую я опознал далеко не сразу. Но даже в таком бардаке, я смог отыскать вполне сносную тяпку с широким лезвием. Я взвесил её в руке и присвистнул — эта проклятая штуковина весила целую тонну!

— Ладно, сойдёт для сельской местности.

Вернувшись на огород, я засучил рукава, прекрасно понимая, что работы здесь отсюда и до горизонта. Тяжело вздохнув, я плюнул на руки и принялся за прополку. Первым этот бой принял пырей, но его корни уходили так глубоко, что мне то и дело приходилось опускаться на колени и рвать их голыми руками. Про перчатки я даже не подумал. Нет, в этом мире их точно придумали, но искать их в захламлённом сарае мне совершенно не хотелось. Чай не сахарный, не растаю.

Следом капитулировала и лебеда. Она с сухим хрустом ломалась у самого основания и явно не желала покидать насиженное место. Но яростнее всего сопротивлялся осот, постоянно атакуя меня своими острыми листьями.

Спустя часа полтора этой пытки я едва сумел разогнуть спину. Поясница снова заныла тупой болью, ладони горели от свежих мозолей, но три грядки теперь сияли первозданной чистотой.

— Прогресс, наверное, 2%… — мрачно проворчал я, стараясь не сбиться с монотонного ритма. — Если бы не квест, я бы плюнул.

Бекон всё не возвращался. В душу закралось липкое беспокойство — не случилось ли с ним чего в лесу. Но кот был парнем не промах, умным и, судя по всему, тёртым жизнью. Наверняка он просто увлёкся охотой. Оставалось лишь надеяться, что он выслеживает перепёлку, а не гоняется за бабочками. Перед мысленным взором тут же поплыли манящие образы блюд из дичи, и я судорожно сглотнул набежавшую слюну. Господи, я ведь только что поел.

Я снова перехватил рукоять тяпки, продолжая свою изматывающую борьбу за территорию и жалкие проценты прогресса. Солнце уже давно поднялось к зениту и принялось припекать по-настоящему. Как результат, конечно же, на лбу появился пот, который не упускал возможности заливать глаза. Поясница тоже намекала на перерыв, горя и простреливая болью. А проклятым сорняка не было видно ни конца ни края.

Мою агрономическую медитацию прервал оглушительный треск. Со стороны старого дуба до меня долетел смачный хруст ломающихся веток, тяжёлый топот копыт и пронзительный визг.

От неожиданности я так и застыл с занесённой тяпкой.

В следующее мгновение из кустов вылетел Бекон. Он мчался как ошпаренный — шерсть стояла дыбом, а глаза были размером с блюдца. Кот рыжей молнией проскочил мимо меня, взлетел на крышу сарая и уже оттуда заорал так истошно, будто с него живьём сдирали шкуру.

— Да что случилось-то? — крикнул я.

Ответ явился сам, причём в самом буквальном смысле. Из растерзанных кустов, разбрасывая во все стороны комья земли, вырвался здоровенный, мать его, кабан.

Я обалдело уставился на жёсткую чёрную щетину, кривые жёлтые клыки и три стрелы, глубоко засевшие в его боку. Зверь заметно прихрамывал на переднюю ногу, а его шкура была густо залита тёмной кровью. Впрочем, судя по его поведению, это не доставляло ему особых неудобств. На моих глазах эта гора мышц влетела в остатки старого забора, яростно мотнула башкой и выдала такой визг, что у меня заложило уши. Бекон с крыши заорал ему в ответ.

А в следующую секунду эта тварь рванула прямо на меня.

— Твою мать! — я отскочил в сторону, инстинктивно выставив перед собой тяпку.

Далеко не самое грозное оружие против двухсот килограммов разъярённой, жаждущей убийства туши, но выбирать мне не приходилось. В голове билась лишь одно: «Если я выживу, у нас будет много мяса!»

Возможно, именно эта мысль придала мне сил, а заодно и ловкости. Кабан летел на меня с грацией сошедшего с рельсов товарного поезда. Я успел лишь инстинктивно дёрнуться в сторону — и как раз вовремя. Смертоносная туша пронеслась в жалком полуметре от меня и на полном ходу снова впечаталась в забор.

Гнилые доски брызнули во все стороны с таким оглушительным треском, словно ими пальнули из пушки. Протаранив ограду насквозь, вепрь с разворота взрыхлил копытами землю и снова взял меня на прицел. Его клыки влажно блеснули в лучах солнца.

— Ну ёлки-палки, — хрипло выдохнул я, до побеления костяшек сжимая древко тяпки.

Адреналин ударил в кровь, заставив сердце бешено колотиться где-то у самого горла.

Монстр снова пошёл на разгон. Пять метров, три, один…

Я вложил в замах всё, что у меня было, и со всей дури всадил тяпку прямо в его уродливую морду. Удар пришёлся точно в левую скулу, тяжёлое лезвие вошло в плоть с неприятным хрустом, но кабан даже не сбавил ход. Он лишь злобно мотнул башкой, без усилий вырывая инструмент из моей хватки. Я успел почувствовать, как старое древко жалобно хрустнуло и переломилось надвое. Железка так и осталась торчать в кабаньей морде, оставив в моих руках лишь бесполезный деревянный огрызок.

— Да чтоб тебя! — рявкнул я, кубарем откатываясь в сторону.

Зверь пролетел мимо, вспарывая клыками воздух там, где секунду назад находились мои рёбра. Но моя импровизированная атака всё же сыграла свою роль: затормозить вепрь не сумел и на крейсерской скорости взял на таран дровницу прямо у меня за спиной.

Поленница взорвалась с грохотом, которому позавидовал бы любой симфонический оркестр. Поленья градом покатились по огороду, одно из них едва не снесло мне голову. Зато кабан зарылся в эту груду дров по самую грудь и теперь яростно дрыгал ногами, пытаясь высвободиться.