— Ты чертовски жесток! Настоящее чудовище! — По моим щекам ручьями потекли слёзы. — Зачем ты так меня мучаешь?
Выражение лица Уайетта помрачнело.
— Эйвери…
Но я сделала шаг назад.
— Ты меня не хотел. Я тебе не пара, и ты это знаешь. Ты оттолкнул меня, потому что я была недостаточно хороша для тебя. Ты ясно дал понять, что не хочешь иметь со мной ничего общего. Так что не надо бросаться словом «пара», думая, что мне от этого станет легче или что всё наладится. Потому что это не так. Пусть ты и попросил майора Армунд тренировать меня, это не объясняет твоего поведения. Оборотни не обращаются со своей парой так, как ты обращался со мной. Не обращаются! Так что перестань мне лгать!
С шумом выдохнув, он сделал ещё шаг ко мне, но я подняла руки, останавливая его.
— Эйвери, это неправда, — со страданием сказал он. — Я никогда не считал, что ты недостаточно хороша для меня, и я всегда хотел быть с тобой.
Я вытерла слёзы, ненавидя его так сильно, что готова была плюнуть ядом. Я обвиняюще посмотрела на него.
— В ту ночь под звёздами я думала, что наши отношения были началом чего-то большего. Я по глупости решила, что мы будем вместе. Я действительно считала, что ты тоже меня хочешь.
— Эйвери…
— Почему ты меня оттолкнул? Если бы ты действительно считал меня своей парой, ты бы не…
— Я сделал это, потому что у меня не было выбора! — воскликнул он.
Если бы у меня была магия, я точно почувствовала бы его альфа-силу.
Но у меня не осталось магии, поэтому я ничего не ощутила.
Я была совсем как обычный человек.
И от этой мысли я окончательно сломалась и зарыдала.
Я повернулась к нему спиной, пока по моим щекам катились слезы.
Он мгновенно оказался передо мной и притянул меня к себе. Меня окутал его запах — аромат дуба и сосны, который всегда напоминал мне о лесе в сырое туманное утро.
Я напряглась, и вся боль сменилась яростью. У него не было выбора. Что за бред.
Я с силой ударила его кулаками в грудь.
Но он не отпустил меня.
— Я не твоя пара! — закричала я. — Я тебе не нужна. Никогда не была нужна! Я как чёртова дура думала иначе!
Я била его кулаками с каждым словом.
Но он не остановил меня, хотя мог бы.
— Прости меня, Эйвери. Мне так жаль, — повторял он снова и снова. — Мне так невероятно жаль. Так чертовски жаль!
Я продолжала бить его, не желая снова сдаваться.
И он позволил мне бить себя. Он принял на себя всю мою боль и гнев, ни разу не попытавшись остановить меня или защитить себя.
Я видела, что он не собирался останавливать меня, сколько бы я не вымещала на нем свою злость, словно он заслужил это. И я сдалась.
Я резко замерла. Мои щёки покраснели, я с трудом могла дышать.
Уайетт по-прежнему обнимал меня.