— У вас лицо человека, который сейчас мысленно спорит с собственной жизнью.
Она устало потёрла переносицу.
— В моём опыте спокойные периоды обычно заканчиваются катастрофой.
Алексей долго смотрел на неё серьёзно и без улыбки, а потом вдруг очень спокойно сказал:
— Знаете… иногда если долго жить в хаосе, начинаешь считать нормальную жизнь временным явлением.
Вейра медленно подняла взгляд и неожиданно поняла, что он сейчас говорит не только о ней.
В кабинете повисла тихая вечерняя пауза, наполненная шумом дождя за окнами и мягким гулом города.
Потом Алексей вдруг добавил:
— Но это не значит, что спокойствие обязательно закончится.
После вечера, когда Алексей впервые оказался у неё дома, Вейра несколько дней подряд ловила себя на совершенно нелепом раздражении всякий раз, когда вспоминала, насколько естественно он смотрелся среди детского шума, тесной кухни и разговоров за чаем.
Это было неправильно.
Подозрительно.
И совершенно не вовремя.
Особенно потому, что сам Алексей, похоже, вообще не пытался на неё давить.
Никаких неловких намёков, демонстративного флирта или навязчивой заботы, от которой хотелось немедленно выставить человека за дверь.
Он просто приносил кофе, если сам шёл за кофе, задерживался помочь с отчётами, спокойно выслушивал её замечания, не обижался на сарказм и смотрел так внимательно, будто действительно видел её настоящую, а не только удобную рабочую оболочку.
И вот последнее настораживало сильнее всего.
Вейра слишком привыкла к тому, что люди обычно замечают статус, эффективность, полезность или должность, но не самого человека.
В среду вечером они снова остались в офисе почти вдвоём, потому что конец квартала окончательно превратил бухгалтерию в территорию управляемого бедствия, где сотрудники уже начинали разговаривать с принтером и таблицами как с живыми существами.
Около девяти в офисе стало совсем тихо.
Большинство кабинетов погрузились в темноту, за окнами тянулся мокрый вечерний город, а в бухгалтерии продолжали гореть лампы и пахнуть дешёвым кофе.
Вейра сосредоточенно проверяла цифры, когда Алексей вдруг сказал:
— Вы знаете, что умеете смотреть на людей так, будто оцениваете, сколько проблем они способны создать государству?
Она не подняла головы.
— Полезный навык.
— Меня вы тоже так оценивали?
— Первые две недели — да.
— И какой был результат?
Теперь она всё-таки посмотрела на него поверх монитора.
Алексей сидел напротив с кружкой кофе, расслабленно откинувшись на стуле, но глаза у него были внимательные.