– На немецком не буду, а вот рунами напишу, – сказал Коля и написал «ᚱᚢᛋᛁ».
– Что это? – спросил я.
– Это означает «ру́си», то есть русский; я видел в одной старой книжке, которую отец из Индии из командировки привёз, там и рунами написано, и на санскрите, и на хинди, и на английском…
– Постой, постой, – говорю я, – то есть индийцы наших предков называли «руси»?
– Они и нас сейчас так зовут. У них есть язык, санскрит называется, которому больше трёх тысяч лет, так в нём куча слов, похожих на наши слова, – Коля минуту смотрел на облака, а потом выдал, – тамас – это тьма; гири – это гора; ватар – ветер; вяк – говорить, вякать; прия – приятный; ади, два, три, чатур – один, два, три, четыре… Это всё, что я сейчас вспомнил, а так – много слов.
– Значит, они с нашими предками общались три тысячи лет назад? – округлив от удивления глаза, почти шёпотом сказал я. – Значит, наши предки жили три тысячи лет назад! Надо об этом написать туда, где учебники делают, – пусть переписывают: не может быть, чтобы на Руси до IX века никого не было. Не было, не было, а потом вдруг раз – кто-то появился и Русь создал. Из книжки твоей понятно, что индийцы знали «руси» гораздо раньше IX века, если слово такое использовали…
– С чего ты взял, что три тысячи лет назад знали? – не разделяя моего восторга, спросил Коля. – Они могли это слово и с IX века использовать. Хотя нет, не могли: на санскрите уже много сотен лет только священники и ученые-санскритологи разговаривают, а простые индийцы им не пользуются.
– Вот именно, – сказал я. – Слово «руси» специально для священников и учёных придумывать не стали бы. Значит, оно очень древнее.
– Может быть, слово и древнее, – ответил Коля тоном старого профессора, – а Русь всё равно создали шведы Рюрики.
При слове «шведы» я возмутился:
– Шведов тогда не было, были варяги…
– Ну хорошо, варяги Рюрики…
– Не перебивай. Три варяга со своей дружиной не могли создать государство: для государства должно быть много людей, должно быть население, на Руси уже города были, когда Рюриков позвали.
– Стоп, – сказал Коля, – мы сейчас снова к слонам и львам вернёмся, а нам послание надо сделать.
Я немного помолчал: было досадно, что Коля перебил мою пылкую речь и вообще что он знал про санскрит и руны, а мне ничего не говорил. Потом подумал: «Я тоже много знаю о рыбалке и ему мало об этом говорю – ведь он не спрашивает. Наверное, пока я не спрашивал, он и не знал, что мне это интересно, а как спросил – он мне сразу же рассказал». Прогнав досаду, я предложил:
– Давай под моим словом «Русь» напишем рунами «руси», под «царской Россией» напишем «Аз есьм школяр», а под «СССР» – «Восток, Гагарин».
– Прекрасно, – сказал Коля, – всё соответствует эпохам… Только давай каждый на своём листочке это сделает.
Потом мы оба, не сговариваясь, нарисовали большие прямоугольники и написали на них «ЭВМ», что означало: электронно-вычислительная машина. Я рядом с ЭВМ нарисовал прямоугольник поменьше и усыпал его точками.
– Это перфокарта, – пояснил я Коле.
– Я так и понял, – сказал Коля и нарисовал длинный узкий прямоугольник и усыпал его точками. – Это перфолента.
– Ну что, – подытожил я, – пионер есть, герб СССР есть, ракета и ЭВМ есть, надо ещё лазер нарисовать и написать «Миру – Мир», а потом подписать послания.
Мы нарисовали лазер, каждый по-своему: у меня из коробочки с надписью «лазер» выходил тонкий луч; у Коли лазер был изображён схематично в виде прямоугольника с двумя скобками (зеркалами) по двум противоположным сторонам с тонкой линией, выходящей из одной скобки.
Коля подписал своё послание так: «Я, советский пионер Коля, шлю вам привет из XX века».
– Почему Коля, а не Николай? – поинтересовался я.
– Не знаю, – сказал Коля, – наверное, потому что словом «коло» на Руси называли солнце.
– А ты, – говорю я, – нарисуй солнце над своим именем и напиши «коло» – пусть потомки знают, что солнце – это «коло» и что писал им «солнечный» человек.
Коле мои слова понравились, и он сделал, как я предложил. А я подписал так: «С приветом из XX века, руси адитар Андрей».
– Руси адитар – это русский пионер? – спросил Коля. – Не уверен, что адитар на санскрите – это пионер.
– Я тоже не уверен, но пусть будет так. Ади – это же «один», «первый», а пионер – это и есть «первый», – ответил я.
На бересту эти послания мы решили не переносить, сложили их вчетверо, перевязали верёвочкой и положили в чугунок. На бересте решили написать название нашей турбазы и названия двух институтов, которые турбазу построили, но слова «Красная горка», «НИИ ПМиК», «ГИФТИ» на бересте карандашом писались плохо.