Уроки истории неизменно вёл старый-престарый джинн, которого нужно было вызывать из бутылки и желать провести урок. Никто из учеников почему-то этого не желал, и джинну долго приходилось бить в стекло с просьбой выпустить его к классной доске. Но среди шума повёрнутые в другую сторону головы не замечали этих тщетных попыток. Спасал учителя только директор, приходивший проверять каждый класс.
О его появлении дети узнавали издалека. Деревянная нога пирата гулко стучала, и эхо разносило этот пугающий звук во все самые потаённые уголки. Некоторые даже считали, что директор нарочно отрубил себе ногу, чтобы громко стучать деревяшкой по школьному полу и пугать детей. Также ходили слухи о его сундуках с несметными сокровищами, собранными за время многочисленных плаваний. Правда, взрослые почему-то придерживались другой версии и упорно заявляли, что сами пополняют сокровищницу Пирата.
Физкультура была не самым популярным предметом среди учителей. Сначала её вёл крепкий мускулистый тритон с маленькой помощницей-русалкой. Но оказалось, что они могут проводить занятия только в бассейне, так как на суше их заколдованные ноги медленнее детских, и ученики быстренько разбегаются по своим делам.
Потом за преподавание взялся молодой сатир – существо быстрое и юркое, с чёрными рожками на голове и мохнатыми козлиными ножками. Всё шло хорошо ровно до того дня, когда учитель велел детям прыгать через козла. Это вызвало некоторую путаницу, и бедного сатира увезли из школы с небольшими ушибами и большим негодованием.
После этого должность учителя физкультуры долгое время пустовала, и поговаривали, что к новому учебному году директор нанял огромного и вонючего тролля, от которого далеко не убежишь и точно не перепрыгнешь. Но сегодня Тиме и его друзьям не довелось встретиться с новым учителем и оставалось только прислушиваться к шепоткам и сплетням, разносящимся по классам, и наблюдать за красными лицами учеников, выходящих из спортивного зала. Те молча качали головами и вели себя тихо до самого окончания уроков.
– Да их, похоже, там пытают! – выкрикнул гном-одноклассник. Был он маленький, толстый и хмурый, а его белая борода росла так быстро, что приходилось стричь её прямо во время занятий.
– Это у меня возраст просто такой, – повторял гном. – Стану старше, и она перестанет расти.
Но мерзкая четвёрка уже начинала присматриваться к маленькому существу, а тот, в свою очередь, стал приносить с собой железные молотки. Как в итоге развернутся события, пока оставалось загадкой.
Солнце уже поднялось высоко и ярко заливало класс. Солнечные блики усеяли лица ошалевших от первого школьного дня ребят, захватили ещё чистые, неисписанные парты и потонули в зелени пустой доски. Классная руководительница, горгона Медуза, стояла перед рядами парт и долго поздравляла учеников с новым учебным годом. Её многочисленные змеи беспрестанно шевелились, кивали в такт словам и ещё больше усыпляли уставших детей своим гипнотическим движением. Чёрные очки Медузы в сочетании с её строгим тёмным платьем делали её похожей не на учительницу, а на какую-то засланную в городок шпионку.
Возможно, она и была бы рада снять с себя этот ненужный аксессуар, но в их классе учился Тима… Остальным жителям города взгляд горгоны нисколько не вредил, а вот мальчику уже несколько раз ставили прививку от каменной болезни, но до сих пор его организм не справлялся. Если Тима и не превращался в камень целиком, то хотя бы несколько частей его тела неуклонно покрывались серым и твёрдым веществом, от которого было сложно избавиться. Один раз у него даже окаменел язык, и Тиму ещё долго поили супами с ложечки, словно какого-то малыша.
– Пока иммунитет не тот, – качал головой лекарь. – Вот подожди пару годков, и станешь нормальным, прямо как мы. – И жутко при этом улыбался всеми пятьюдесятью клыками.
«Стать как все» – вот, о чём мальчик мечтал каждый праздник Кошмаруса. Всё было бы тогда намного проще! Он смог бы бегать быстрее, или летать, или колдовать, или, на худой конец, чихать блёстками, как это делали ребята с единорожьим волшебством в крови. Хотя… за такое мерзкая четвёрка тоже в покое не оставит.
Но всё же тогда он смог бы не бояться взгляда собственной учительницы или одноклассника-Василиска, которому приходилось носить особые линзы, чтобы не навредить Тиму. Повезло ещё, что Василиск в городе пока был одним-единственным и характер у него оказался даже мягче, чем у ребят из единорожьей общины. Необходимость носить линзы из-за какого-то одного несчастного человечишки его не смущала, и порой вообще казалось, что весь мир мало его интересует, и он готов сделать что угодно, лишь бы к нему никто не подходил с разговорами.
Тима бы смог читать книги на древнем монстрическом языке, который пока расплывался в его глазах непонятными символами. И он бы без труда смог выбрать специальный курс, на который отправляют всех ребят после седьмого класса в зависимости от их происхождения. Он бы обрёл свою собственную магию!
У каждого жителя этого чудного городка с рождения существовали необычные способности. У детей они проявлялись постепенно, год за годом, и все дети с нетерпением ждали седьмого класса. Все, кроме Тимы, конечно. Куда предстояло пойти ему, мальчик не представлял. Как, впрочем, не представляли пока его родители и учителя. О людях в городе знали немного. Поговаривали, когда-то давно существовали целые страны с настоящими людьми, но они уже давно исчезли. Даже те, кто сильно походил на человека, как Учёный или, к примеру, директор Пират, на самом деле ими не были. Учёный мог смешивать науку и магию, а Пират обладал удивительной способностью не только появляться в нескольких местах одновременно, но и находить драгоценности и старинные артефакты в самых неожиданных локациях.
Тима всё надеялся, что однажды у него тоже откроется удивительный талант, но вот ему исполнилось десять, а он всё так же оставался обыкновенным мальчишкой. Существом, с которым и взрослые-то часто не знали, что делать. Тима даже подозревал иногда, что его подбросили из-за Края – границы городка, за которой располагались неизведанные земли…
– …поздравляем! – ворвался в мысли мальчика громкий крик Медузы, так что он аж подскочил на месте. Оказалось, что подскочили в классе абсолютно все, потому что успели сладко задремать под мерный звук приветственной речи.
Дети захлопали, считая, что их снова поздравляют с началом учебного года, но горгона замотала головой. У всех её змей тут же закружились головы, и они тяжело повисли на плечах хозяйки.
– Поздравляем Тиму, вашего одноклассника! Ему сегодня исполнилось десять лет!
В классе повисла тишина, и только Патрик, Рахи и Фи усердно зааплодировали. Но их одинокие хлопки звучали посреди всеобщего молчания слишком жалко и даже неприятно. Тима нахмурился и сжал под столом кулаки. Он чувствовал, как изнутри поднимаются обида и раздражение.
– Ну что вы, ребята! – вдруг воскликнул Лео и даже встал со своего места. – Поздравляю, Тима! Долгих и спокойных лет жизни тебе!
Он громко и яростно захлопал в ладоши, при этом ехидно улыбаясь. Все его друзья тут же подскочили с мест, засвистели и заулюлюкали.
– Ну вы чего! – с притворным удивлением кричал вампир. – Мы должны быть дружными и поздравлять своих одноклассников!
Класс неуверенно присоединился к поздравлениям. Возможно, они с удовольствием поаплодировали бы и раньше, да только боялись навлечь на себя гнев мерзкой четвёрки. Теперь же ученики совершенно запутались и осторожно хлопали, искоса поглядывая на Лео и тревожно перешёптываясь.
– Молодец, Лео! – похвалила ученика горгона. – Я рада, что ты, наконец, стал думать о своих одноклассниках. Видимо, за лето ты успел повзрослеть!
Лицо вампира зарделось от нескрываемого удовольствия.
– Я даже приготовил для Тимы подарок! – Сердце мальчика сжалось, и он невольно потянулся к рюкзаку за зелёной спасительной жижей. – Подарю после уроков, идёт, Тим? Не будем же мы сейчас отвлекаться!
Лео улыбался, ожидая ответа. Весь класс повернулся к имениннику. Луп-луп, луп-луп – моргали ученики. Где-то под потолком зажужжала муха.
– Идёт! – ответил Тима, ощущая, как холодные капли пота стекают по его затылку.
– Вот и славно, – хлопнул в ладони Лео и опустился на стул. – Подожду тебя на крыльце. После уроков. – Его клыки хищно блеснули в солнечном свете.