— Не надо мне твоей конфеты. Сам ешь… Боба!
И Алёша, не оглядываясь, быстро зашагал по улице.
5. Дома́ умываются
— Эй, парень! Поберегись!
Высокий человек в синем, заляпанном краской комбинезоне стоял на деревянной лестнице возле дома. В руках у человека была железная машинка, похожая на пистолет. От машинки змеёй извивалась вниз тонкая резиновая трубка.
— А что? — спросил Алёша.
— Сейчас нажму кнопку — и станешь ты у меня розовый, как персик, — и он весело подмигнул Алёше.
— Нет, правда? — сказал Алёша и на всякий случай отошёл немного в сторону.
— Правда, правда… смотри, — он нажал какую-то кнопку, и из тупого дула пистолета, шипя, вырвалась розовая струя, как из машины-поливалки. Человек поднял руку с пистолетом и направил струю на стену дома.
Алёша испуганно зажмурил глаза. Ему показалось, что дом сейчас задрожит и рассыплется по кирпичику. Но дом даже не пошевелился, только в тех местах, куда попала струя, стал розовым и очень красивым.
— А я знаю, вы — маляр, — сказал Алёша.
— Смотри, какой догадливый! — засмеялся маляр.
— Вы весь дом так покрасите, да?
— Нравится?
— Ага. А зачем?
— Ну-у, парень, — укоризненно сказал маляр, — а я-то решил, что ты и в самом деле догадливый. Ты по утрам умываешься или так, грязным, ходишь?
— И нет, — обиделся Алёша, — и не грязным вовсе. Я даже зубы каждый день чищу и холодной водой моюсь до пояса.
— Ну-у, тогда-то что, тогда ты — молодец! А дома, по-твоему, как? Хотят грязными быть?
— Да-а, — сказал Алёша, — они же не живые. Они каменные. Мы с ребятами у нас на лестнице всю штукатурку мячиком отбили. Дом из кирпичиков сделанный. Я знаю.
— И ничего-то ты, парень, ещё не знаешь, — сказал маляр. Он снова нажал кнопку. Пистолет заворчал, сердито выплюнул на стенку остатки краски и умолк.
— А вот и знаю, — сказал Алёша, — они же не говорят! — И, торжествуя, посмотрел на маляра.
— Да? — удивился маляр. — Не говорят? Ещё как, парень, говорят!
Алёша забыл про компас и парк Победы. Вот это да! Дома говорят! Нет, этот весёлый дяденька-маляр, наверное, смеётся над ним.
— А почему я тогда не слышал? — недоверчиво спросил Алёша.
— Потому, что ты ещё не умеешь других слышать. Ты пока ещё только себя слышишь.
— И неправда, — сказал Алёша, — я всех слышу. Что я, глухой?
— Тогда подай мне этот ящик, во-он тот, который у бочки с краской стоит.
Алёша принёс деревянный ящик.
Маляр вытер тряпкой руки, достал из кармана свёрток с едой и развернул его на ящике. Алёша отвернулся и стал внимательно, словно это было самое интересное на свете, смотреть, как на середине улицы два голубя таскали друг у друга хлебную корку. Ему очень, очень хотелось есть.
— Садись, садись, — сказал маляр, — не стесняйся. — Он пододвинул Алёше два положенные друг на друга кирпича. — Мне дочка столько еды на обед завернула, что одному никак не справиться. Помоги-ка мне, — и он протянул Алёше булку с колбасой и маслом.