— Дай разок прокатиться? — не выдержал Алёша.
— Тебе?! — рыжий презрительно свистнул. — А ты кататься-то хоть умеешь? Такому только дай — раз, два, и нет самоката, а это вещь, понял?
— Ага, — сказал Алёша, — только я правда умею. У нас во дворе у Кольки тоже есть самокат — все мальчишки на нём когда хотят, тогда и катаются… и девчонки тоже. Я только раз, а?
— Один раз можно, — сказал рыжий, — а ты мне что за это дашь?
— Как что? — не понял Алёша.
— Эх ты… Ну, я тебе дам самокат прокатиться, понял, а ты мне что дашь?
— У меня ничего нет, — растерянно сказал Алёша.
— А нет, так и проваливай! — засмеялся рыжий.
— Витька! Витька! Подожди! — из-за деревьев вылетела худая длинноногая девчонка в коротком платье. Она так сильно размахивала на бегу руками, словно хотела взлететь.
— Вот, возьми! — крикнула девчонка и протянула рыжему Витьке карманный фонарик. — Он совсем хороший, чесслово… только лампочка немного перегоретая…
Рыжий внимательно осмотрел фонарик.
— Ничего, — сказал он, — у брата целый ящик лампочек.
— Правда? — обрадовалась девчонка и цепко ухватилась за самокат. — Смотри же, Витька, уговор был: сколько влезет буду кататься.
— Ладно. Мне всё равно уже надоело кататься, — сказал рыжий, — только смотри не сломай, — и спрятал фонарик в карман.
— Эге-ге-гей! С дороги-и-и-и! — тонким голосом завизжала девчонка, хотя на аллее никого не было, и, рывком оттолкнувшись от земли ногой, понеслась вперёд.
— Видел? — сказал рыжий Алёше. — У меня теперь целых три фонарика… Это у тебя что за значок? Красивый какой! Где выменял?
Алёша сердито оттолкнул руку рыжего.
— Не хватай! И не выменял вовсе… мне папа его из Венгрии привёз.
Рыжий нетерпеливо заходил вокруг Алёши.
— Послушай, — сказал он и снова дотронулся до значка рукой, — давай махнёмся, а? Ты мне значок, а я тебе самокат? — Хоть десять раз катайся, не жалко!
— Не хочу, — сказал Алёша. Ему почему-то совсем расхотелось кататься на самокате рыжего.
— Ну… ну, я тебе ещё фонарик дам в придачу, а?
— Не надо мне фонарика… Он же не твой совсем…
— Как не мой?! Был не мой, а теперь всё, законно мой.
— И не твой. Девчонкин он, я видел!
— Ви-идел! Она сама мне отдала за самокат.
— И всё равно не твой, — упрямо повторил Алёша, — жадина ты, вот кто!
— Это я жадина?! — возмутился рыжий. — На моём самокате катается, и я же жадина? Ты сам жадина! Скажи уж, жалко значка стало.
— И вовсе не жалко.