Великий артефактор из трущоб: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ага, у тебя. Я же задарма ем. А мне и одежда кое-какая нужна, и прочие вещи.

— Сколько тебе нужно денег?

— Неважно. Мне не нужна благотворительность.

— А это не благотворительность. Ты мне помогаешь, считай, это плата за труд.

— За какой труд? Ты меня содержишь.

Я улыбнулся:

— И тебе это не нравится.

— Я — не содержанка! — сверкнула глазами Лори. — Я — воин.

— Никто в этом и не сомневается. Скажи, все эльфы такие гордые или только ты?

— Эльфы? Да я даже не настоящая квенди, только наполовину. Даже языка эльфийского не знаю, кроме пары ругательств. Я большую часть своей жизни провела в проклятом приюте! Ты видел, какие они? Высокие, стройные, с благородными чертами. А я… полукровка.

— Почему тебя это так расстраивает? Ты тоже будешь вполне симпатичной, если сменишь свой дурацкий мешковатый на красивое платье. И рост тут совершенно ни при чём.

Девушка нахмурила лоб, смутившись:

— Э… спасибо, конечно. Просто… как тебе объяснить? Я чувствую себя здесь чужой. Я разговаривала с Айри, и она совсем другая. Утончённая, манерная… Она настоящая квенди.

— И что? Разве это важно? Зато ты умеешь держать в руках оружие и можешь за себя постоять.

— Ну да, но… В общем, мне ненужны твои деньги. Сама заработаю. И вообще, пойду, пожалуй, спать, — Лори встала из-за стола и ушла к себе в комнату.

Я видел, что она чем-то расстроена, но не мог понять, что именно её так задело. Кто-то из «сородичей» сказал что-то оскорбительное? Может быть, эта Айри как-то уязвила её? Лори, судя по всему, очень хотела найти своё место, стать частью некого сообщества, где её примут, где она будет «своя», но ей казалось, что она не вписывается в здешнюю общину. Только так я мог объяснить для себя её переживания.

Но у меня были дела поважнее, чем думать о всяких пустяках. После ужина я закрепил на столе миниатюрные тиски, зажал в них камень, который был зачарован на свечение, приготовил инструменты, чтобы нанести символы власти.

Но только я взялся за дело, как наихудшие опасения подтвердились. Мой разум знал всё о гравировке, но руки совершенно не желали слушаться! Вместо того, чтобы нанести на камень нужные знаки, я просто испортил его. Моей злости не было предела. Дурацкие, огрубевшие пальцы не подходили для тонкой работы!

Глава 8

Моя первая попытка начертать символы власти оказалась неудачно, меня это разозлило, но не остановило. Камень был испорчен, поэтому я стал тренироваться прямо на нём. Начал с азов — засечки, линии, окружности. Пусть пальцы не обладают нужным навыком, но их следует научить. Нельзя допустить, чтобы мои знания пропали. Неважно, сколько времени уйдёт, новое тело должно уметь высекать знаки, без этого мне не стать мастером.

За своим занятием я не заметил, как за окном рассвело. К тому времени камень был испещрён засечками. С удовольствием я отметил, что пальцы быстро освоили некоторые базовые навыки, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что я умел в прошлой жизни. Следовало продолжить упражнения.

Зато, как я заметил, эти руки могли хорошенько пробить кому-нибудь прямой в челюсть. Тимофею с детства приходилось драться на улице, кроме того, он любил смотреть подпольный бокс и перенимал оттуда приёмы. Он наполнил мешок песком, повесил во дворе за сараями и регулярно набивал кулаки, ведь записаться в секцию было слишком дорого. Да и реальной практики хватало. К девятнадцати годам парень уж три раза ломал себе рёбра и лишился двух зубов, благо их отсутствие было незаметно.

Но меня боевое прошлое Тимофея ну утешало. Я не собирался драться на ринге, мне требовалось стать самым искусным мастером-артефактором Москвы, а ещё лучше — всего Русского царства. Битьё морд этому не поспособствует.

— Ты так и не ложился? — удивилась Лори, выйдя из комнаты.

— Нет, у меня много работы, — я даже не взглянул не неё, поскольку в этот момент высекал очередную линию.

Лори подошла, взяла один из булыжников, которые я «разукрасил» за ночь:

— Ух ты! Где ты так научился?

— Ты имеешь в виду так плохо?

— Наоборот, здорово получается!

— Это никуда не годится. Эти руки… — я отбросил скарпель и откинулся на спинку стула, — они никогда не занимались тонкой работой. Новое тело ничего не умеет. Мне приходится заново учиться всему!