Сейчас же в глазах напротив горит огонь, и я понимаю, что это приглашение — не просто дружеские посиделки. Волнение смешивается со страхом. Мы встречаемся уже несколько недель, но дальше поцелуев дело не заходит. Чувствую его желание, вижу, как он сдерживается, и это меня одновременно восхищает и тревожит.
— Я… не знаю, Ром, — бормочу я, опуская глаза, не в силах выдержать его пристальный взгляд.
Он берет мою руку и нежно сжимает её.
— Решать тебе, Кать. Я не буду давить.
Его слова подкупают меня: готовность принять любое мое решение, уважение к моим чувствам. В этот момент я понимаю, что доверяю ему. Или, по крайней мере, очень хочу доверять.
— У тебя есть ещё пары? — спрашивает Рома, глядя на меня сверху вниз. Подбородок его чуть опущен, взгляд прикован к моему лицу, а моя ладонь утонула в его руке. Он прижимает меня ближе, и от его сильного тела исходит тонкий аромат — солоноватый привкус морского бриза, смешанный с неуловимой свежестью.
— Да, — шепчу я, кивая, рассматривая радужку его глаз, в которой я вижу сложные узоры и золотистые крапинки.
— Будь готова к семи. Я заеду, — серьезным голосом говорит он, нежно дотрагиваясь пальцами до моих губ.
Боже! Что он творит? Я же сейчас просто растаю под этим взглядом, как мороженое на солнце. Оглядываюсь по сторонам, надеясь, что никто не видит моего смущения. Мои щеки наверняка пылают, как угли.
— Ты не приезжай, Ром, — тихо говорю, положив свою ладонь ему на грудь. — Сама приду… И не спрашивай почему.
Делаю паузу, собираясь с мыслями.
Это произойдет сегодня. Я это чувствую. После стольких незабываемых ухаживаний, сдержанных взглядов и полунамеков он наконец готов сделать этот шаг. И я… я тоже готова. В животе порхают бабочки, а в голове крутится лишь одна мысль: что надеть? И как вообще себя вести? Неужели сегодня все изменится? Станем ли мы ближе? И главное, не пожалею ли я об этом? Но страх быстро отступает, уступая место волнующему предвкушению. Я хочу узнать его ближе. Хочу ощутить его прикосновения. Хочу… просто быть с ним.
Весь день пролетает как в тумане. Я механически посещаю лекции, отвечаю на вопросы преподавателей, перебрасываюсь ничего не значащими фразами с девчонками, но все мои мысли только о предстоящем вечере. Я чувствую себя школьницей перед первым свиданием, хотя мы с Ромой уже официально встречаемся несколько недель. Но это что-то другое. Что-то важное и немного пугающее.
После занятий я пулей помчалась в общежитие, чтобы привести себя в порядок. В комнате Настя крутится рядом, давая советы и подбадривая меня. Она, кажется, волнуется даже больше меня.
— Ну что, готова? — подмигивает она, наблюдая, как я наношу блеск на губы.
— Это… так странно, — честно отвечаю я, чувствуя, как предательски дрожат руки. — Я будто не понимаю, что происходит. Вернее, понимаю, и для меня это не сюрприз. Думала, что готова, а оказывается, я та ещё трусиха.
— Да расслабься! Иди и получай удовольствие, — соседка похлопывает меня по плечу. — Он же тебя зовёт к себе, значит, хочет побыть с тобой наедине. Разве это плохо?
Я выбираю простое чёрное платье на пуговицах, которое подчеркивает фигуру, и удобные балетки. Не хочу выглядеть слишком вызывающе.
Когда я выхожу из общежития, уже смеркается. Город зажигает свои огни, и в воздухе витает легкая прохлада. Я иду к дому Ромы, и волнение нарастает с каждым шагом.
Квартира в высотке премиум-класса… Подъезд — как произведение искусства: мрамор, зеркала, картины… Поднявшись на нужный этаж, я останавливаюсь перед дверью. Сделав глубокий вдох, я собираюсь постучать, но не успеваю даже коснуться двери костяшками пальцев, как она распахивается.
Вздрагиваю от внезапности и испуганно таращусь на Рому. В потёртых джинсах и простой футболке он выглядит невероятно: домашний, настоящий.
Улыбается и окидывает меня оценивающим взглядом. Страхи и волнения отступают.
— Привет, — тихо произношу я.
— Привет, малышка, — отвечает он с нежностью и нетерпением, хватает меня в охапку и затаскивает в коридор, закрывая дверь. Щелчок замка звучит как выстрел. Назад дороги нет.
А мне она и не нужна.
Рома набрасывается на меня, прижимает к стенке, и мы начинаем целоваться страстно, безудержно. Его губы на моих — голодные, жадные, требовательные, словно он ждал этого момента целую вечность. Я отвечаю на поцелуй со всей страстью, на которую только способна.
Кое-как отрываясь друг от друга, мы тяжело дышим. Глаза у Ромы стали чернее ночи, он выглядит диким и возбуждённым.
— Надо притормозить, Кать, — сбивчиво говорит он. — А то я за себя не ручаюсь, — с улыбкой произносит, чмокает меня в губы, помогает разуться и пропускает в своё логово.
Квартира оказывается небольшой, но уютной однушкой со свежим ремонтом. На стенах висят постеры с его любимыми музыкальными группами, на полках стоят книги. В воздухе витает лёгкий аромат кофе и чего-то ещё, неуловимо мужского. Было уютно и чисто. На столе стоит ваза с цветами, а в воздухе чувствовался лёгкий аромат сандала.
— Располагайся, — говорит Рома, указывая на диван. — Я сейчас чай сделаю.