Арман обернулся.
— Ты остаёшься здесь.
Приказ.
Лилия остановилась, но не потому, что подчинилась. Она посмотрела на него так, как смотрела когда-то на родителей, которые мешали ей работать паникой, криком и требованиями невозможного.
— Сколько ему лет?
Вопрос прозвучал неожиданно. Арман на мгновение замер.
— Что?
— Каэлю. Сколько ему лет?
— Пять, — ответил он после короткой паузы. — Но тебя это больше не касается.
Лилия почувствовала, как чужая память дрогнула от этих слов. Не касается. Ребёнок, к которому прежнюю Элиану то подпускали, то отталкивали. Мальчик, который однажды уснул у неё на коленях в библиотеке, а утром ему запретили заходить в её комнаты, потому что “герцогиня слишком привязывается к тому, что ей не принадлежит”.
Лилия не стала спорить о праве. Сейчас это было неважно.
— Что с ним происходит?
— Лекари разберутся.
— Судя по тому, что слуга ворвался в зал во время вашего торжества, не разбираются.
Арман подошёл к ней так быстро, что несколько гостей отступили. В его глазах серебро стало почти светиться.
— Не испытывай моё терпение.
Странно, но сейчас он пугал её меньше. Потому что у страха появился соперник — злость на бессмысленную власть, которая теряет время, когда ребёнку может быть плохо.
— А вы не испытывайте судьбу своего сына, милорд.
Селеста вмешалась мягко, но быстро:
— Арман, прошу, не трать время. Каэлю нужен отец, а не… — она запнулась совсем чуть-чуть, — не сцена перед гостями.
Она снова была умна. Она не сказала “бывшая жена”. Не сказала “эта женщина”. Но все услышали.
Арман отвернулся от Элианы.
— Никого не выпускать из зала, пока я не распоряжусь.
Он бросил приказ страже и пошёл к выходу. Селеста поспешила за ним, подобрав юбки. Дворяне расступались, шептали, вытягивали шеи. Для них вечер становился ещё интереснее: развод, новая истинная, а теперь и приступ у наследника. Завтра столица будет сыта слухами.
Лилия осталась стоять у стола с подписанными бумагами.
Остаться?
Ждать?
Позволить им решать, потому что в этом мире она никто?
Она посмотрела на распорядителя. Тот избегал её взгляда. На стражу у дверей. На гостей, которые уже перешёптывались, пряча улыбки и страх за веерами. На Селесту, исчезающую в коридоре вслед за Арманом.
Тело Элианы знало дворец. Не весь — но достаточно. Малую детскую. Западную галерею. Узкий проход мимо зимнего сада.