Лилит. Свет и тьма. Книга 1.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Точно. Дело в другом: чтобы научиться отбрасывать ошибочные представления, может потребоваться довольно много времени, потому что мы неверно считаем, будто эти представления и есть наше истинное «я».

Ребенок озадаченно посмотрел на собеседника.

— Это все равно что считать, будто твоя одежда — это твоя кожа, — произнес Маг. — Ты же считаешь, что ты просто ребенок, но на самом деле ты — все.

С этими словами он поднял глаза, обращаясь уже ко всем собравшимся.

— Все вы являетесь воплощением Бога. Я есмь алеф и тау, альфа и омега, воплощение сущности, текущей сквозь бесконечность вселенных. Придет время и вы осознаете, что вы такие же, как я. Каждый из вас совершит то путешествие, которое проделал я, и, возможно, один из вас когда-нибудь будет сидеть там, где сейчас сижу я, и говорить то, что говорю я.

Прежде чем продолжить, Маг бросил взгляд на прекрасную темноволосую женщину рядом с ним.

— Сейчас вы услышите мою Историю, — возвестил он. — Она принадлежит не только мне, но и многим другим; в конце концов, это история каждого мужчины и каждой женщины, которые когда-либо жили. Любой путь по-своему уникален, но все они ведут к единой цели. Точно так же, как все мы берем начало из Всего Сущего, мы должны вернуться туда, откуда пришли.

Я покажу вам все грани этой Истории, ибо в некотором роде я был — и остаюсь — в роли всех его участников. Весь опыт, все знания — мои; я готов поделиться ими с вами. Если бы только умели слушать! Однако вам придется учиться самостоятельно, так как жизнь сама по себе является учителем. Именно этому вы научитесь из моей Истории. Сядьте у ног собственной жизни — и она научит вас. Изучите свою жизнь — и вы изучите самих себя. Овладейте внутренним — и вам подчинится внешнее. Вот в чем смысл высшего учения.

— Расскажи нам! Расскажи! — воскликнул кто-то из детей.

Маг кивнул и начал свое повествование. Его мелодичный голос звучал лучше любого инструмента; мягкий тембр неспешно плыл в утреннем воздухе. Он говорил, и мир постепенно терял свои очертания, и люди начинали жить той вечной Историей, о которой говорил им Маг…

Часть I

Эдем

1

Эния

Иесод Иецира

Эра Сновидений

Далекая фиолетовая вспышка молнии высветила фигуру Детена на фоне черной пустоты ночного неба. Мощное, внушительное тело почти семифутового роста в развевающихся одеждах гордо противостояло напору сурового, пронизывающего ветра. Детен излучал ауру силы и знания, но вокруг него громоздилась удушающая чернота, которая убивала свет и надежду всюду, куда проникала.

Лицо у Детена было ястребиное, хотя, пожалуй, совсем непривлекательным назвать его было нельзя. Большие черные мешки под глазами заставляли Черного Мастера выглядеть гораздо старше своих тридцати лет. Лицо его, испещренное шрамами и глубокими бороздами морщин, производило драматическое и устрашающее впечатление: сильный, чисто выбритый подбородок, ухоженные и причесанные короткие черные волосы…

Но более всего притягивали к себе внимание его глаза — сверкающие на эбонитовой маске черные радужки, окаймлявшие непроницаемые бездны зрачков. где-то в их непостижимой глубине мерцали искры — то ли простое отражение молний, то ли осколки холодного пожара, бушевавшего на самом дне души этого человека.

Он воздел горе руки, ощущая напряжение грядущей бури. Воздух был пропитан острым запахом озона. Он чувствовал, как вокруг в диком танце кружатся силы стихий. Грохот раскалывающегося океана и безумие ветра заглушали все остальные звуки. Эния погружалась в период мощного дисбаланса и хаоса: защитные силы ослабевали. Этого знания хватило, чтобы вызвать легкую улыбку на суровом лице Детена.

В темноте позади него как-то разом выросли две внушительные фигуры, одетые во все черное. Это были Рорух и Янус затянутые в кожаные доспехи с металлическими заклепками. У каждого на груди красовался символ Черной Школы: зигзаг молнии. У Детена был такой же знак, только серебряный. Все трое были вооружены короткими мечами вакидзаси — неслыханным оружием для Энии, где вот уже две тысячи лет не случалось кровопролития.

Детен критически осмотрел свое воинство; когда же он заговорил, его тихий, но внятный голос разом перекрыл всякий посторонний шум:

— За мной.

И он направился к видневшимся впереди утесам над морем. Прежде чем следовать за предводителем, оба солдата удивленно переглянулись, но уже в следующую секунду ракушки и морская галька послушно захрустели под тяжелыми сапогами воинов.

Известняковые утесы были высотой в добрые две сотни футов. Причудливые изломы скал таили в себе предательские расселины и пещеры, но Детен продолжал уверенно шагать к своей цели — крохотному, едва видному входу в подземелье. Преодолев подъем небольшого склона, они очутились у черной пасти провала.

— Рорух, факел.

— Да, Мастер.

Предвидя приказ, капитан Черных Стражников уже через секунду подал Детену зажженный факел. Черный Мастер молча взял факел, и отсветы пламени тут же заплескались на ветру, оживляя зловещие тени на поверхности скалы.

Придерживая ножны висящей на поясе катаны, Детен первым скользнул в узкий тоннель. Несколько слоев одежды не могли скрыть его атлетической фигуры. Глядя на кошачью грацию движений своего повелителя, Рорух и Янус чувствовали себя слишком неловкими и угловатыми. Трое воинов растянулись цепочкой, стараясь идти след в след. Факел то и дело выхватывал из тьмы соблазнительно поблескивавшие кристаллы кварца и слюды. Поначалу пол пещеры был неровным и каменистым, но вскоре узкий проход расширился, круто изгибаясь кверху.

Оба солдата настойчиво взбирались вслед за командиром, изо всех сил цепляясь за крошащиеся, осклизлые камни на полу подземного туннеля. Детен же взбирался бесшумно и легко, без колебаний преодолевая даже самые трудные участки. Рорух уже начал выбиваться из сил, но тут природный известняк внезапно уступил более твердому и гладкому материалу. Теперь все вокруг было гладким, словно стеклянным. Сам туннель приобрел более правильную форму. Изменения явно говорили о том, что эта часть туннеля — дело рук человеческих. Внизу, на стенах, виднелись следы воды — их достигали океанские приливы. Тонкий слой светящихся грибков и плесени наполнял подземное пространство мутным зеленоватым сиянием.

Вскоре они поравнялись с гексаграммами. Печати Соломона были тщательно выбиты на обеих стенах. Внутри каждой гексаграммы был изображен восточный символ равновесия между Инь и Ян; под знаками виднелись иудейские буквы и египетские иероглифы, прочесть которые было под силу разве что Посвященному.