Делец: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Иван Дмитриевич задумчиво погладил зеленое сукно столешницы.

— Значит, копилочка действительно уплыла. Но каков почерк… Дворнику двери клиньями забили, соседей веревками удержали. Вошли под прикрытием молочницы. Ушли без шума, ежели не считать пальбы в самой спальне. Умно для местной рвани. Ступайте, братец.

Первый офицер козырнул и покинул кабинет. На его место тут же шагнул второй следователь, положив перед начальством свежую пухлую папку.

— Ограбление мехового салона «Сибирский медведь», Иван Дмитрич. Взломан угольный люк. Вынесли исключительно дорогого соболя на колоссальную сумму.

— Собак пускали? — Путилин неторопливо налил себе новую порцию чая из пузатого заварника.

— Пускали. Воры ушли на телеге золотарей. Весь задний двор щедро залит карболкой. Псы чихают, носы воротят. Смердит нечистотами на весь квартал.

Путилин замер. Взгляд его, до этого расслабленный и благодушный, мгновенно сфокусировался, сделавшись острым, как бритва. Нужные фрагменты начали выстраиваться в единый узор.

— А ведь мы с вами, господа, присутствуем при рождении весьма любопытного явления, — вкрадчиво произнес Иван Дмитриевич. Он медленно поднялся из-за стола и заложил руки за спину. — Посудите сами. Кокоревские склады. Жулики обмотали копыта лошадям сукном ради тишины, да и проникли через соседний склад, разобрав там стенку. Еще ссудная касса была. Перерезана новейшая электрическая сигнализация. Затем — магазин Фокина. А теперь золотари с карболкой и Ванька Козырь, изрешеченный именно из такого калибра, что и были взяты у Фокина.

— Полагаете, одна артель? — Следователь недоверчиво почесал подбородок. — В столице шаек хватает…

— Помилуйте, батенька. — Путилин снисходительно покачал головой. — Лиговский уркаган в электрических цепях смыслит не больше свиньи в апельсинах. А догадаться отсечь ищеек карболкой? Тут, голубчик мой, чувствуется выучка. Человек с армейской смекалкой. Возможно инженер. Или бывший сапер.

Следователь напряженно слушал, переваривая безупречную логику начальства.

— Обратите внимание, — продолжал Путилин, неспешно меряя шагами ворсистый ковер. — Они сорвали банк. Прикарманили общак Козыря, забрали лучших соболей. И ни одной похищенной монеты в кабаках до сих пор не всплыло. Никто не скупает цыганские хоры и не пьет шампанское ведрами. Значит, копят. Собирают средства для чего-то масштабного.

— И как же нам их выловить, ваше превосходительство? Раз они так умны…

— Через коммерцию, братец. — Иван Дмитриевич остановился напротив подчиненного. — С таким капиталом на дне не отсидишься. Им нужно сбывать золото и пушнину. Уличный торгаш с таким объемом не справится — кишка тонка. Тут нужны серьезные воротилы. Слушайте приказ. Оставьте в покое ночлежки и притоны. Поднимайте агентуру среди крупных столичных перекупщиков. Трясите теневых дельцов, ювелиров на Гостином дворе. Ищите человека с хорошей речью и военной выправкой. Того, кто привык двигать фигуры на доске.

Путилин подошел к окну. Свинцовое небо Петербурга обещало долгую, студеную зиму. Легендарный сыщик предвкушал занятную партию с умным, достойным противником, даже не подозревая, что загадочным «инженером» окажется тощий подросток в прожженном драповом пальто.

— Интересненнько будет, где же ты голубь сизый? Выполнять!

Глава 2

Глава 2

Люк чердака поддался с натужным скрипом. Мы ввалились в темноту, притащив за собой ледяной сквозняк и вонь. От одежды несло потом. Ночь и утро выпотрошили нас досуха.

Упырь разжал сведенные судорогой пальцы, и холщовая сумка грохнулась на доски. Лязгнуло. Семь тысяч золотым ломом. Долговязый ссутулился, растирая кисти.

Из угла вынырнул Яська. Мелкий переминался с ноги на ногу, пряча за спину руки, глаза его лихорадочно блестели.

— Ну че? — затараторил он, заглядывая нам в лица. — Сделали багыгу? Хабаг пгинесли?

Кот широко зевнул, едва не вывихнув челюсть.

Он раздраженно отмахнулся от мелкого, как от назойливой мухи.

Яська сунулся было ко мне, но напоролся на тяжелый взгляд. Осекся, попятился.

Сил говорить не осталось. Адреналин ушел, оставив после себя сосущую пустоту. Васян рухнул на матрас прямо в мерзлых сапогах. Доски жалобно скрипнули. Спица стягивал куртку, его крупно трясло.

Я вытащил руку из кармана. Испорченное сукно вокруг прожженной дыры осыпалось угольными хлопьями. Положив револьвер на пол, я скинул пальто и, аккуратно расправив, положил возле печки. Желудок скрутило спазмом, но запредельная усталость оказалась сильнее голода. Тело требовало отключки. Я упал на лежак, и мир потух, едва голова коснулась жесткой ткани.

Пробуждение вышло неприятным.

Меня раздирал голод, организм, досуха выжатый морозом и страхом Екатерингофки, экстренно требовал топлива. В полумраке чердака скрипели доски, шуршали матрасы: парни просыпались один за другим.

— Жрать… — прохрипел у стены Кот. Я был с ним согласен.