— Да… боже, да…
Он ласкал её языком, чередуя нежность и жёсткость. Пальцами раздвигал её — готовил. Вошёл один палец. Ари замерла.
— Не сжимайся, — сказал он. — Дыши.
Она выдохнула. Второй палец вошёл следом.
— Молодец, — шепнул он. — Идём дальше.
Он вынул пальцы, размазал её влагу по головке члена, навис сверху.
— Смотри на меня, — сказал он.
Она открыла глаза.
— Я войду. Мы никуда не спешим.
Она кивнула, зажмурилась, вцепилась в его плечи.
Он вошёл медленно — на один маленький, аккуратный дюйм. Ари закусила губу, зашипела.
— Болит?
— Немного…
— Терпи. Я здесь.
Он замер, давая ей привыкнуть. Потом двинулся дальше, ещё глубже — рывками, толчками, по миллиметру. Ари всхлипнула, потом заплакала — беззвучно, слёзы катились по вискам в волосы.
— Тише, — прошептал он, не останавливаясь. — Тише.
— Больно…
— Знаю. Но ты справишься.
Он вошёл до конца. Замер. Поцеловал её в мокрые щёки, в уголки губ, в веки.
— Самое страшное позади. Обещаю, дальше будет легче.
— Продолжай, — выдохнула она сквозь всхлипы.
Он начал двигаться. Медленно. Плавно. С каждым толчком глубже.
— Смотри на меня, — прошептал он.
Она открыла глаза.
— Я люблю тебя, Ари.
— Я тебя тоже.
Он целовал её, не останавливаясь. Его движения стали быстрее, жёстче. Ари выгибалась, стонала, но боль уже уходила, сменяясь чем-то новым — горячим, пульсирующим.
— Демид…
— Я здесь.
— Я сейчас…