— Ксения. Её подруги. Кто-нибудь из студентов. — Он вздохнул. — Я хочу побыть с тобой. Без свидетелей.
Ари смотрела на него. В темноте его глаза блестели.
— Хорошо, — сказала она. — Пойдём.
--
Они шли по коридору элитного крыла, держась за руки. Ари никогда здесь не была. Мраморные полы, высокие потолки, картины в золочёных рамах. Тишина.
— Тут как в музее, — сказала она.
— Теперь здесь есть ты. — Он сжал её ладонь. — Уже теплее.
Он открыл дверь. Комната — огромная. Кровать с балдахином, панорамное окно, мягкий ковёр. Холодно. Дорого. Безлико.
Демид закрыл дверь на щеколду.
— Теперь никто не войдёт.
— А ты не боишься, что кто-то узнает?
— Плевать. — Он повернулся к ней. — Я хочу, чтобы ты осталась. На всю ночь.
Ари смотрела на него. Сердце колотилось.
— Хорошо.
--
Он подошёл, взял её за руку, прижал к себе.
— Ари.
— М?
— Я хочу тебя.
Она замерла.
— Демид…
— Мы не будем спешить. — Он коснулся губами её лба. — Обещаю.
— Я боюсь.
— Чего?
— Что будет больно. Что ты разочаруешься. Что я не…
— Заткнись. — Он поцеловал её, не давая договорить. — Ты — всё, что мне нужно. Поняла?
— Поняла.
— Тогда доверься мне.
Она кивнула.
Он стянул с неё толстовку — его, ту, в которой она ходила вокруг. Футболку — следом. Осталась в белье — чёрном кружеве, его подарке.