— Ой, я, три медсестры, регистратор и уборщица. Мы небольшая организация. Мы делим территорию со школой йоги по соседству.
Эрин ободряюще кивнула, и настороженность доктора немного утихла.
— Сколько вы здесь работаете?
Он улыбнулся своей натянутой улыбкой.
— Ну, я на самом деле владелец этого места. Я основал его около двух лет назад.
— Обычно перед операцией у ваших пациентов берут кровь на анализ?
— Конечно, — ответил он самым снисходительным голосом. — Нам нужно знать группу крови на случай, если нам необходимо сделать пациенту переливание крови по какой-либо причине.
— А чем вы занимались до того, как открыли эту клинику?
Филип побледнел от этого вопроса.
— Я работал в больнице за границей, — неубедительно пробормотал он.
Эрин бросила на Ганнера любопытный взгляд, и было ясно, что медведь такой же подозрительный, как и она сама.
Доктор резко встал.
— Извините, но вынужден прервать разговор, мне нужно подготовиться к другой встрече. Если у вас есть ещё вопросы, пожалуйста, возвращайтесь. Или, — он вытащил карточку из своего стола и протянул Эрин, — вот купон на бесплатную консультацию, если когда-нибудь надумаете.
— Консультация? — повторила она, сглатывая.
Сначала Лара, теперь он, они пытались ей что-то сказать?
— Да, мы здесь всё делаем — подтяжка лица, липосакция, ботокс, увеличение груди.
Его взгляд скользнул вверх и вниз по Эрин.
— Мы можем превратить обычное в необычное.
Эрин скорее почувствовала, чем увидела, как ярость накатывает на Ганнера. Она поспешно поблагодарила доктора и потащила Ганнера из клиники к машине. К счастью, он не стал сопротивляться.
Заголовки газет на самом деле выглядели бы не очень хорошо: «Неприятный пластический хирург избит до смерти разъярённым белым медведем за то, что назвал его девушку уродливой». Ага, совсем нехорошо.
Филип смотрел через решётку оконной шторы. Напряжение схлынуло от белого медведя. Бля, очень плохо. Всё, что он хотел сделать, это заставить женщину уйти, заставить её думать, что он думает, что ей нужна пластическая операция. Так человеческими женщинами легко манипулировать. Они всегда так неуверенно относились к своему телу; он мог легко заставить их заплатить за многочисленные процедуры, в которых они не нуждались. Но он не осознавал, что эти два агента вместе, а медведи заведомо собственнически относятся к своим самкам. Ему повезло, что у него остались целы все зубы.
Он молился, чтобы белый медведь не вернулся; медведи не были известны тем, что видели забавную сторону вещей, и зверюга, возможно, не будет так сдержан в следующий раз.
Медведь помог самке сесть в машину, прижав большую лапу к её заднице. Хм-м-м, на его вкус это было немножко великовато. Ему было трудно представить, чтобы какой-нибудь мужчина увлекался такой женщиной, когда была доступна такая, как Лара. Её так много раз перекраивали, что она была почти идеальной. Почти. Жаль, что он не может провести трансплантацию мозга.
Блядь. Вспомни…
Он схватил свой мобильный телефон и позвонил.
— Привет, я как раз собирался тебе позвонить…
— АСР только что были здесь, — прервал его Филип.
В трубку выдохнули.
— Чёрт, кто?
— Белый медведь и человек.