Даже мысли об этом было достаточно, чтобы я задрожал, когда я возвращался в оружейную, где заковывали в кандалы других заключенных. Их доставят в подземелье, где позже их допросит сам Аделай. Без сомнения, он заставит их трепетать от зова альфы. Ни один бета не сможет устоять перед этим. Они склонятся, а затем раскроют все свои секреты.
Пройдет совсем немного времени, прежде чем каждый бета-предатель будет уничтожен, а арсенал вернется на место. Луксория была в осаде, но я не сомневался, что мы победим.
Я застал своего короля за осмотром пустого арсенала.
— Ваше величество. Я получил донесение от охраны замка. Все под охраной. Королева в безопасности. Попыток проникновения больше не было.
Он хмуро посмотрел на пустой артиллерийский ящик, прежде чем пнуть его, отправив в стену.
— Это не значит, что они не попытаются сделать это снова. И со всем моим оружием на поясах у них просто может получиться. Блядь.
— У них ничего не получится. Никто не причинит вреда нашим женщинам.
Взгляд Аделая метнулся ко мне.
— Тебя поддерживают омеги из Бесплодных земель. Тебя уважает наш народ, — напомнил я ему. — Большинство будет сражаться за тебя. Если сравнивать, то лишь немногие настроены против тебя. Помни об этом. Это не повторение прошлого.
Он уставился на меня.
— Ты был со мной долгое время, Эвандер.
Я кивнул.
— Очень долго.
Он издал звук, который был похож на смех, и ущипнул себя за переносицу.
— Мы были гребанными детьми, ты и я. Тогда ни хрена не знали. Верили, что враг — это наш собственный народ. Посмотри на нас сейчас, мы пытаемся все исправить.
Я не мог сказать ему, что всегда знал, что за стеной есть хорошие омеги. Я потрогал маленькую коричневую пуговицу, которую до сих пор хранил в кармане, чтобы она напоминала мне о потере. Я и дня не провел без нее. И тяжесть кулона Риэль с пуговицей в стиле милитари легла мне на грудь, под мою кожу, умоляя поделиться всеми своими секретами.
Я планировал сделать именно это, как только смогу вернуться к ней.
Возможно, однажды я расскажу и Аделаю. Возможно, я расскажу им всем
— Скажи мне честно, Эвандер, — вздохнул король, — что я делаю не так?
Я нахмурился. Король не может сомневаться в себе. И он, черт возьми, уверен в себе, и не говорит этого вслух, даже если и сказал.
— Если ты продолжишь идти по выбранному пути, я верю, что все станет только лучше.
— О, к черту это, — взревел Аделай. — Я сказал, скажи мне честно. Больше никакой чуши. Ты мой самый надежный советник. Дай мне совет, черт возьми. Я сделал все, что мог придумать, чтобы соединить нашу стаю в единое целое, но она продолжает распадаться. Я отменил Разделение и приветствовал возвращение омег. Я восстанавливаю Бесплодные земли. Мы спасли похищенных омег из человеческой крепости. Черт, я делаю шаги, которые кажутся правильными. И все же… посмотри на это. Посмотри на нас.
Он покачал головой.
— Положение нашего народа хуже, чем когда-либо, и опасность, твою мать, у нашего порога.
Король хотел простых ответов, но их не было.
Перемены произошли не с помощью светских слов и прославленных оливковых ветвей. Они пришли со временем и последовательностью. Это было похоже на удар кулаком по лицу, пока ты покрылся синяками и кровью. Это был один шаг вперед, три шага назад, но это было только в том случае, если ты продолжал двигаться вперед.
Одно обещание за раз.
Одно открытие за раз.
Одно разбитое сердце исцелялось за раз.
Я вздохнул.