Он слишком важен, чтобы его потерять.
И для короля также.
Я чуть не выпрыгнула из своей шкуры, изменившись в свою волчицу, когда раздался стук в дверь. Моим первым побуждением было зарыться поглубже в одеяло. Почувствовать себя маленькой и незначительной и все то, что мне точно не нравилось, чтобы быть в безопасности.
Стук продолжался, становясь все настойчивее. Что, если это был Эвандер? Мог ли он стоять перед запертой дверью? Нет, альфы использовали передовые технологии, такие как распознавание лиц и коды, чтобы обезопасить себя. Но Эшла, Шарлет и я легко проникли в оружейную перед нашим приключением в крепости людей, и Солен сказал, что ее снова взломали. Так что вполне возможно, что система была взломана или замок отключил ее, чтобы защитить от дальнейших атак. Ни один из вариантов не помог мне почувствовать себя лучше.
Я должна пойти проверить, на случай если Эвандер ранен и нуждается во мне. Но была также вероятность, что тот, кто там стоял, хотел заполучить меня в качестве приза. Что-то, что принадлежало альфе.
Так ли это? Волна тепла пробежала по моему телу при мысли об этом.
— Риэль!
Голос, который я узнала бы где угодно, заставил меня подскочить в постели. Эшла.
— Риэль, если ты там, открой эту чертову дверь!
Черт, Эшла попала в беду. Солен что-то говорил об оружейной. Она там больше не работала, но после нашего собственного проникновения, ее могли заподозрить в причастности к этому. Я подбежала к двери, мои руки дрожали, когда я попыталась открыть ее. Дверь не поддалась.
— Код, — крикнула я, чтобы она услышала меня через стекло. — Какой код?
— Я уже пробовала его. Но он не такой же самый, что в замке, — сказала она.
Я поняла, что Кэтрин находилась с ней. Это имело смысл, потому что ей нужно было пройти через клинику, чтобы попасть во внутренний двор.
Эвандер будет в бешенстве, после моей просьбы.
— Возьми камень и разбей стекло.
Рот Эшлы сложился буквой «О», а Кэтрин замахала руками за ее спиной, словно приказывала мне остановиться.
— Разбей стекло!
Внутри меня поднялся жар, и я теряла рассудок. Если мой дорогой друг попал в беду…
Они ничего не делали.
Рядом с диваном стоял приставной столик. У меня дрожали руки, когда я осторожно поставила лампу, которая стояла на нем, на пол и подняла столик. Мои мышцы протестовали против его веса, но это сработало.
Женщины закричали, когда битое стекло дождем посыпалось на бетон во дворе.
Только тогда я осознала все последствия битвы. Постоянный свист выпущенных пуль, крики агонии и дым. Я не заметила, что он висел над городом, как одеяло.
Я прикрыла рот рукой, оплакивая потерю стольких вещей, которые никогда мне не принадлежали.
— Рири, тебе не следовало этого делать. Теперь ты не будешь в безопасности, — сказала Эшла, пригибаясь и заходя в дом Эвандера, Кэтрин не пошла за ней.
— Тебе нужно вернуться в клинику, Риэль.
— Нет.
Я, наверное, сказала это слишком поспешно. Никто из них не заметил, что у меня течка — пока. Время покажет, смогу ли я полностью скрыть ее. Но в этой дурацкой клинике без окон, вероятно, было множество аппаратов, которые пищали бы как сумасшедшие, оповещая всех о моем состоянии.
— Я чувствую себя лучше. Сильнее.
Все еще поспешно, но логично. Два дня назад я едва могла самостоятельно стоять на ногах, а теперь могла швырнуть приставной столик в окно с двойным стеклом. Возможно, это не так логично. Мне нужно было, чтобы Кэтрин ушла отсюда, пока она не заметила связь. Я хотела бороться. Откуда это взялось?
Медсестра нахмурилась, глядя на меня.