— С самого начала, папа, — она взяла его руки и сжала их, — ты сможешь это сделать.
В его глазах появилось отстраненное выражение, и он начал говорить.
— В последний раз, когда я видел Сойера, как ты его называешь, ему было пять лет, и его звали Сэм. Он был ребенком семейной пары из города. В те дни город назывался Омеловой лощиной, и это было счастливое место. Но его отец был очень злым и неуравновешенным человеком. Он был убежден, что все хотят навредить ему, что за каждым углом прячутся злые духи. Однажды в город приехал цирк — этот самый цирк, который сейчас здесь. Горожане хорошо приняли цирк и много времени в нем проводили. А в последний вечер после представления была большая вечеринка. В какой-то момент отец Сэма отдал ребенка в цирк. На следующее утро Сэм пропал. Никто не знал, где он был, и все были в панике. Оказалось, что отец отдал его в цирк после того, как все легли спать накануне вечером. Он не мог объяснить почему, он просто сказал, что в ребенке сидит дьявол, и он должен был от него избавиться. Конечно, все знали, что это неправда — Сэм был замечательным ребенком, и все его любили. Мы хотели вернуть его, но цирк давно исчез. Мама Сэма была опустошена и со временем сошла с ума от горя. Она обвиняла своего мужа, и он начал избивать ее. Однажды он причинил ей такую боль, что она провела три дня в больнице. Горожане больше не могли этого выносить и линчевали отца Сэма. После этого в Омеловой лощине все изменилось. Люди потеряли способность изменяться, посевы не росли, все начали болеть, и поднялся ветер; ветер, который не утихает по сей день. Матриарх поговорила с городским оракулом, который сказал ей, что это ее вина, что она не предотвратила линчевание, и это привело к тому, что ее город прогнил. Как ты понимаешь, она очень винила себя во всем, что произошло, и ушла из города. С тех пор она живет в изгнании, и ее больше никто не видел. С тех пор город навсегда остался парализованным. Все мы живем под черным облаком. Волнуясь, что если что-то изменится, то это только ухудшит ситуацию.
Харлоу вдруг осознала, что сжимала руки отца так сильно, что у него хрустели костяшки пальцев. Она отпустила его, тяжело дыша через нос.
— Папа, Сойер — мой брат? — спросила она, произнося слова очень обдуманно.
— Нет.
Он сильно моргнул.
— Конечно, нет. Разве ты не слышала, что я говорил? Он мне не родственник. Все было точно так, как я тебе рассказал. Его отец был сумасшедшим, и мы думаем, что он спрятал Сэма в одном из трейлеров, так что циркачи не сразу его нашли.
— Я должна рассказать Сойеру, — сказала она, вставая. — Вообще-то, ты должен рассказать Сойеру. Он заслуживает того, чтобы услышать это от тебя.
— На улице метель.
— Вот почему ты должен отвезти меня.
Харлоу открыла дверь, и ветер тут же вырвал ту у нее из рук. А потом она врезалась в Сойера. Она ахнула. Его волосы и куртка промокли насквозь
— Сойер! Что ты здесь делаешь?
— Я пришел, чтобы отдать тебе это.
Он поднял два больших холщовых мешка.
— Просто несколько гирлянд и свечей. Я подумал, что они могут тебе пригодиться для города.
— Сэм? — тихо позвал ее отец.
Лицо Сойера застыло, и с него сошли все краски.
Харлоу протянула руку и обхватила его запястье своей ладонью.
— Мы хотели встретиться с тобой. Тебе следует присесть.
Она подвела его к одному из стульев. Эд рассказал ему все с самого начала.
— Мне так жаль твоего отца, — заключил он. — Но, честно говоря, ему невозможно было помочь. Любой клан уничтожил бы его ради его же блага.
Сойер медленно кивнул, его глаза сияли от эмоций.
— Я всегда задумывался о своих родителях — я имею в виду не о моих родителях из цирка, которые вырастили меня, пока мне не исполнилось десять лет, и они погибли в результате несчастного случая. Они никогда не говорили мне, что именно произошло, и теперь я знаю почему — они пытались защитить меня. Они были очень добрыми и любящими людьми.
— Твои родители, должно быть, очень гордились тобой. Ты превратился в прекрасного человека, — сказал Эд.
— Так все трудно переварить.
Сойер откинул волосы со лба.
— Но как насчет моей матери — женщины, которая родила меня?
Отец Харлоу слегка улыбнулся.
— Она все еще жива. И живет здесь, в Ветреной лощине.