— Вы хотите, чтобы я поехала в участок.
— Это не обязательно. Пока, — детектив, которого я, по всей видимости, отвлекла от каких=то важных мыслей, остановился.
Я же, закончив с волосами, вернулась к шкафу за рубашкой.
Хотела я или нет, от увиденного меня трясло, и скрывать это от Бэрроу не было никакого смысла.
— Почему ее приняли за меня?
Не нужно было начинать этот разговор самой, потому что именно этого от меня и ждали, но утерпеть я просто не могла.
— А вы не догадываетесь?
Впервые в голосе Бэрроу послышалось что-то, напоминающее живую и грустную иронию и усталость.
Я повернулась в нему, чтобы посмотреть прямо в глаза.
— Я не об этом. Мы похожи внешне, это очевидно, но она явно была моложе. И, мне кажется, ниже.
Детектив пожал плечами, не спеша отвечать, а потом вдруг, не спрашивая разрешения, сел на край кровати и вытянул ноги.
— Персонал видел вас только мельком. Цвет волос, тип фигуры и стиль одежды совпадали.
— Так одеваются многие туристы.
Я осеклась, поняв, что невольно повысила голос.
Бэрроу кивнул, как если бы пытался уговорить сумасшедшую не выходить из себя.
— Вы напуганы, на то есть причины. Нет смысла это отрицать, мисс Кейн.
В его тоне не было ни насмешки, ни показной жалости, ни провокации.
С большой долей вероятности, это тоже было игрой — от образа строгого и циничного копа он перешел к образу копа доброго и понимающего.
Однако это, как ни странно, подействовало отрезвляюще.
Коротко и резко выдохнув, я подошла и села рядом с ним, точно так же вытянув ноги, но сцепила пальцы в замок, чтобы чувствовать подаренное Эйданом на память кольцо.
— Скорее я шокирована. и ошарашена.
Я повернулась к детективу, и он посмотрел на меня в ответ.
Медленно кивнул, давая понять, что оценил и мою искренность, и неловкость за все эти реакции.
— Поэтому я и собираюсь задать вам следующий вопрос. У вас есть враги, мисс Кейн? Такие враги, которые могли бы убить?
Это предположение показалось мне настолько смешным, что я даже попробовала улыбнуться, но Бэрроу остался непробиваемо серьезен.
— Нет, — я в очередной раз ответила ему правду.
— У журналистов полно врагов, — он качнул головой, а потом снова почесал бровь.
Видимо, это привычка помогала ему думать.
— Не у всех, — мне захотелось отвернуться, и я встала, чтобы надеть кроссовки. — У нас вполне мирная работа, детектив. Несмотря на все стереотипы о ней. Да, всякое случается, но я пока всего лишь внештатный корреспондент. Никто не доверил бы мне по-настоящему серьезные задания.
— Надо же. Я всегда думал, что как раз наоборот. Опасная, но интересная работа помогает получить теплое место.