Но действительно интересно.
Кожа под моими губами была тонкой и нежной, и я медленно повела языком выше, проследила кончиком обозначившуюся вену.
Вспомнив всё, что успела прочитать по этому вопросу, я отстранилась, чтобы провести языком по своей ладони, и только после обхватить член Эйдана.
Он застыл, будто окаменел. А потом его ладонь снова легла мне на затылок.
— Не торопись. И не старайся. Делай, как получается.
Это было не то напутствие, не то совет, не то попытка подбодрить… В любом случае, получилось у него как надо — я почувствовала себя свободнее, а его враз ставший хриплым голос до неприличия вдохновил.
Обхватив головку губами, я замерла ненадолго, привыкая к ощущению, позволяя себе распробовать его, и только потом попробовала опуститься ниже.
Вот это уже было по-настоящему неловко. Подбородок быстро стал влажным от моей собственной слюны, и наверняка это выглядело некрасиво для него…
А потом горячая упругая плоть уперлась мне в щеку.
Эйдан снова выдохнул сквозь зубы, а у меня закружилась голова и стало… благословенно неважно.
В самом деле никуда не торопясь, я вернулась обратно, но только для того, чтобы сразу пропустить его глубже снова. А потом еще раз, и еще.
Дышать очень быстро стало нечем, и змей слегка потянул меня за волосы, не давая увлечься.
Давая себе отдышаться, я уже смелее провела по всей длине языком, как будто пытаясь ответить ему на то, что он делал для меня.
А потом и вовсе забыла обо всем на свете.
Следя только за тем, чтобы не взять его глубже, чем могла бы, я начала двигаться на нем, лаская языком и губами.
Выбрав момент, Эйдан сделал почти неуловимое движение и перехватил мою руку. Снял ее со своего колена и переложил на член, предлагая придержать у основания, и так правда стало удобнее. Теперь я полностью контролировала, как глубоко он во мне окажется, и могла дать себе передышку, лаская его ладонями.
Это тоже было приятно — сжать его крепко, но не слишком сильно, растереть по нежной коже влагу ребром большого пальца, обвести подушечкой головку, и только потом снова взять в рот.
Змей оказался поразительно тихим. Он будто даже дышал через раз, и окажись на его месте кто-нибудь другой, я заподозрила бы, что он едва терпит происходящее.
Но Эйдан не терпел.
От нехватки воздуха, от того, как горячо было в груди и от ощущения того, как непристойно растянуты мои губы, на глазах выступили слезы, но даже сквозь них я видела, что ему хорошо, и я все делаю правильно.
Поразительно быстро это стало привычным — насаживаться на него ртом, двигаться вверх-вниз в одном ритме. Не слишком быстром. Почти мучительно медленном, но пьяняще удобном. Так естественно, словно это было всего лишь частью, малой составляющей того, что имело место между нами.
Ничего постыдного. Ничего унизительного.
Так же естественно, как поцелуй.
В порыве этой странной неописуемой нежности я погладила раскрытой ладонью его бедро и попробовала двигаться быстрее. Совсем чуть-чуть, но дыхание Короля сорвалось куда сильнее.
Я почувствовала, как дрогнула его плоть у меня во рту, и нужно было срочно решать, отстраниться от него и позволить безнадежно испортить это платье, или…
Продолжая двигаться, я как будто не могла остановиться, но именно для этого Эйдан и был рядом.
Он снова потянул меня за волосы, заставил задохнуться и выпрямиться, и мгновение спустя я оказалась сидящей у него на коленях.
Щеки снова обожгло от смущения, потому что теперь он смотрел прямо мне в глаза, а его влажный после моей ласки член прижимался к внутренней стороне моего бедра.
Всего одного движения было бы достаточно. Просто притянуть меня еще ближе, заставить немного приподняться, и…
Эйдан впился в мои губы то ли поцелуем, то ли укусом.