Он тут же посмотрел на меня, а я молчала, не зная, как сформулировать.
К счастью, он и так понял. Потянулся и легонько надавил на мою нижнюю губу большим пальцем, медленно повёл им вниз до соска.
— Это Змеиный лес, красавица. Он лечит своих, утоляет печали. На тебе была только пара царапин.
Не торопясь убирать руку, он гладил мою грудь, и я вдруг вспомнила, как он сказал там, у камня.
«Натуральный цвет волос, зеленые глаза, маленькая грудь».
Змей и правда считал красивым то, что я полжизни воспринимала как огромный недостаток.
Сам же змей тем временем негромко и выразительно хмыкнул:
— Удивительно. Мне сложно поверить, что никто не заставлял тебя терять голову раньше.
Мне хотелось спросить его, почему? Не страдая никакими серьёзными комплексами, я знала, что всегда была вполне обычной — симпатичная девушка, высокая шатенка с зелёными глазами. В юности был спорт, потом учёба, обожаемая работа. Ни больше, ни меньше, всё как у всех.
Однако Эйдан смотрел так, что озвучивать всё это я отчего-то поостереглась.
Не то увидев что-то в моих глазах, не то о чём-то вспомнив, он первым отвёл взгляд и кивнул мне на поднос:
— Не хочешь позавтракать?
Уже безвозвратно потерянного момента стало жаль, но зато можно было дать волю любопытству, и я повернулась вслед за ним.
— Это кофе⁈
Змей засмеялся и сел, скрестив босые ноги.
— Мы не оторваны от цивилизации, хотя мы и не люди. Угощать тебя нашими напитками я не решился. Не хочу, чтобы ты пряталась за мысли о том, что тебя опоили.
Я покачала головой, молча признавая его правоту, и придвинулась к подносу ближе.
— А это что?
Рядом с кофейником и двумя чашками стояла тарелка с чем-то неизвестным. Лакомство, а это по виду было именно оно, походило одновременно на лукум и желе. Разноцветное, пахнущее ягодами.
— Местные сладости. И не нужно говорить, что я противоречу сам себе.
Эйдан легко пожал плечами, и я засмеялась, потянувшись к первому кусочку.
— Какой тебе смысл меня травить? Ты и так можешь получить от меня всё, что захочешь.
Это оказалось божественно вкусно.
Я посмотрела на Эйдана с неподдельным изумлением, потому что сладость оказалась не похоже ни на что из того, что я пробовала прежде. Не слишком сладкая, в меру кислая.
Он засмеялся так по-мальчишески весело, что мне снова стало стыдно — и за собственную реакцию, и за то, что даже не пыталась прикрыться.
Стараясь взять себя в руки, я потянулась к одеялу, но он перехватил мою руку.
— Не надо. Мне нравится на тебя смотреть.
Это походило на просьбу гораздо больше, чем на приказ, и пока я пыталась осознать это, он налил кофе, подвинул тарелку ко мне поближе.
— Ешь, красавица. В городе такое не приносят.
— Почему ты так обращаешься со мной? — вопрос сорвался с губ, прежде чем я успела подумать.