— Все настолько серьезно? Думаешь, он действительно будет пытаться вынудить тебя уйти?
— Да.
— И твердо уверена, что ему это не удастся?
Я ничего не ответила, хмуро, но решительно глядя на него.
— Койка нравится? — неожиданно сменил тему доктор. — Кайден сказал, что ты в окно смотреть любишь, поэтому сюда и отнес. Она дальняя от двери, зато у окна.
— Нравится, — ответила я, просто чтобы не молчать, пока пыталась представить не укладывающуюся у меня в голове картину: мастер Кайден со мной на руках, да еще и не бросивший на первую попавшуюся койку.
— Хочешь, на постоянной основе ее за тобой закреплю?
— В каком смысле? — окончательно перестала я понимать суть происходящего.
— Если есть другие свободные койки, эту не буду занимать никем, кроме тебя. За Кайденом тоже комната в преподавательском отделении закреплена. Он туда даже картину принес и на стенку повесил.
— А зачем ему персональная комната? — все еще не улавливая сути, уточнила я. — Он что, и в этом привередничает?
— Кайден тут слишком часто бывает. Тоже, как и ты, меры не знает, а заклинания выше пятого уровня ему запрещены. У него каналы покорежены так, что это уже не лечится, вот минимум раз в декаду и попадает ко мне. Об этом мало кто знает, он же гордый, весь день ходит — терпит, а вечером является в таком состоянии, что даже обезболивающее уже не действует. За ночь в норму его привожу и утром отпускаю. Судя по тому, как ты настроена с ним бороться, ты здесь чаще будешь, он-то хоть опытный. Так что настраивайся.
Обнадежил, ничего не скажешь. Но в одном действительно обнадежил:
— Вы абсолютно уверены, что ему нельзя меня убивать?
— Я уверен не только в том, что ему нельзя этого делать, но и в том, что он не станет так поступать. Какие бы разногласия ни были между вами, Кайден никогда не опустится до подлости, а тем более до убийства адепта. На дуэлях, конечно, всякое случается, особенно на магических, но вызов, брошенный заведомо более слабому противнику, унижает вызвавшего, и ни один уважающий себя маг на это не пойдет. А у тебя, я надеюсь, хватит ума самой никого из старшекурсников и дипломированных магов не вызывать.
— Но что делать, если меня все-таки кто-то вызовет на дуэль? Я же кроме левитации и огненного броска ничего не знаю.
— Если разница в уровнях более пяти единиц, то можешь отказаться без ущерба для собственной репутации. Вам уровень в конце этой декады будут мерить, но вряд ли у кого-то окажется больше третьего. К концу первого года обычно большинству удается выйти на четвертый-пятый, но чем выше уровень, тем тяжелее перейти на следующий. Выпускники в основном имеют с десятого по четырнадцатый уровень.
— Доктор Алан, а уровень — это, вообще, что такое?
— Ну, если совсем по-простому, то сложность структуры заклинания и, соответственно, сложность структуры строения ауры. Вам потом все это подробно преподавать будут, после взаимосвязей символики, — не особо понятно пояснил словоохотливый врач.
— А у мастера Кайдена какой уровень?
— Он — особый случай, — доктор Алан в задумчивости перебирал пальцами по спинке стула, пытаясь подобрать слова. — Теоретически — двадцатый или около того, а практически — пятый, ограничение же по уровню заклинаний… Только и хватает на то, чтобы адептов до четвертого курса гонять, да заклинание бессмертия на себе поддерживать.
— Какое заклинание? — я аж подпрыгнула на кровати.
— Это неофициальное название. Оно ровно на год приостанавливает процесс старения, после чего требуется его обновлять. Пока не спало предыдущее, новое начитать нельзя, и на другого человека тоже использовать нельзя, только на себя. Вы его на седьмом курсе будете проходить по теории магии.
— У Кайдена. Значит, раньше выклянчить не получится, — обреченно подвела итог я, прощаясь с надеждой остаться такой же молодой, как сейчас.
Доктор Алан не стал никак комментировать мое последнее заявление.
— Я тебя не утомил? — поинтересовался он и пояснил, — сейчас больше никого в лазарете нет, вот я и болтаю с тобой от скуки.
— Нет. Но все-таки скажите, когда мне можно будет к себе идти, а то уже поздно, — попросила я, глядя в темнеющее за окном небо.
— Завтра утром, — безапелляционно ответили мне. — И это не обсуждается.
— Но почему? Я же уже хорошо себя чувствую.
— Потому что я врач, и я так велел.
Жалобно посмотрела на строгого доктора, изо всех сил представляя себя котом из мультика про Шрека.