"Фантастика 2026-96. Компиляция. Книги 1-29: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сегодня первой была история. Адепты сидели с учебниками, некоторые с листками, на которых было что-то записано. Все усиленно повторяли и еще более усиленно нервничали.

Вошедший мастер Гарун начал с вопроса, заданного строгим голосом: «Кто сумел полностью выполнить задание? Поднимите руки!». И с откровенно удивленным выражением лица обнаружил полный комплект из тринадцати поднятых рук.

— Ну что ж, раз вы так уверены в своих знаниях, спрошу всех, — «обрадовал» он нас с ехидной усмешкой.

Часть ребят после этого сникла, поняв, что можно было избежать опроса. А я задумалась. Как-то это все прозвучало, будто изначально предполагалось, что многие не справятся с заданием. Не зря оно даже мне показалось немаленьким, и скорее всего, если бы мы с мальчишками не заинтересовали остальных одногруппников новым для них способом запоминания, который они опробовали на этом задании, то справились бы, действительно, далеко не все. Вот только зачем это делалось? Для того, чтобы отсеять часть адептов, или для того, чтобы научить их преодолевать трудности и не ждать легкой жизни? На всякий случай я решила относиться к этому мастеру более настороженно, мысленно записав его в команду завуча.

К еще большему удивлению преподавателя, с опросом также справились все, хотя и с разной степенью уверенности. Он побарабанил пальцами по столу, задумчиво разглядывая нас, в сжатые сроки пересказал своими словами вторую главу, размером не особо отличающуюся от первой, и ее же задал к следующему уроку. Мы заметно погрустнели. Я глянула на расписание и обрадовала ребят тем, что история только через два дня. Адепты воспрянули духом, вновь удивив преподавателя, и активно полезли в сумки, видимо за своим расписанием. Всем как-то сразу стало интересно, что еще ждет нас на занятиях в ближайшие дни. Ну да, бухгалтеров учат психологии всего полгода, но зато у нас она была прикладная, а не теоретическая. А у детей вообще подвижная психика.

Мастеру Ивору все обрадовались как родному, сильно его этим удивив. После активной умственной работы и нервозного состояния побегать действительно хотелось. Правда, побегать мы норовили не цепочкой, как этого требовал мастер, а гурьбой. Причем ребятня, разбаловавшись, пыталась дергать меня за косичку, заплетенную из не слишком длинных волос. Я, пользуясь преимуществом в росте, толкалась и отпихивалась, не подпуская к себе шалунов. Но мальчишки и девчонки со смехом напрыгивали сразу с разных сторон по несколько человек и таки умудрялись добраться до заветной косички. К концу третьего круга в этом безобразии участвовали уже все адепты. Даже не по возрасту серьезный Янисар не удержался и попытался настичь меня с левого бока. Но оказался недостаточно ловким и, получив ощутимый толчок ладонью в лоб, кубарем укатился в сторону.

К концу четвертого круга мастеру надоело безрезультатно ругаться из центра довольно большой площадки. Он догнал нас и надавал подзатыльников всем, кроме верткого Марека и еще одного веснушчатого мальчишки с цепким взглядом, сидящего в нашем классе за второй задней партой. Этот ничем раньше не выделявшийся парнишка при приближении преподавателя просто ускорился раза в полтора без особых усилий и держался на значительном расстоянии, пока преподаватель не успокоился. Мне тоже досталось. Но скажу честно, избивать нас мастер Ивор не собирался, просто показал, кто тут главный. Ребятня же переглядывалась и явно нацеливалась на новую игру «Увернись от мастера Ивора», с завистью поглядывая на двух своих героев — ловкого и быстрого.

Мы довольно быстро выяснили, что мальчика, которого звали Рейс, бегать учил отец-охотник, а сам он в свои десять лет уже самостоятельно охотится на мелкую дичь и неплохо стреляет из лука. Прислушивавшийся к нашему разговору мастер пообещал принести на следующее занятие тренировочное оружие и, если Рейс с двадцати шагов попадет в мишень хотя бы три раза из десяти, разрешить ему самостоятельно тренироваться в начале урока вместо части пробежки. Мы обзавидовались.

Разминка прошла относительно спокойно, так что с мастером Ивором мы расстались вполне довольные друг другом. На третьем уроке, которым было рисование, нам изобразили еще одну сложносоставную фигуру. Я сразу сдала на расчерчивание два листа и, сосредоточившись на задании, успела заполнить оба к самому концу урока.

После обеда была левитация, на которой, убедившись, что перья в воздухе более-менее уверенно держатся у всех, нам объяснили, как поднять перо со стола и снова опустить его обратно. Для этого требовалось, не теряя концентрации и не разъединяя символ с левитируемым объектом, перемещать в пространстве именно символ, не пытаясь влиять на объект — тот передвигался автоматически, следуя за символом. Это и стало заданием на весь сегодняшний урок — подняли до уровня глаз, зафиксировали, положили на парту, убрали заклинание. И так по кругу.

У меня особых проблем не возникло, разве что к самому концу урока резерв закончился. Мастер Сорин сказал, что это нормально, и велел мне отдыхать. И все же примерно у половины группы были трудности с заданием, в том числе у Марека, который не мог долго концентрировать внимание на одном объекте. Но несколько раз удалось проделать весь круг и ему.

В конце урока мастер хвалил наиболее успешных, успокаивал отстающих и всем рекомендовал тренироваться самостоятельно. Также он поведал, что усилия, затрачиваемые на левитацию, напрямую зависят от веса поднимаемого предмета. И что нашего резерва, учитывая слабую концентрацию, хватит разве что на чашку с компотом, поднятую на несколько минут. Так что тренировки, тренировки и еще раз тренировки — для улучшения концентрации и увеличения резерва.

На медитацию сегодня все пришли уставшие и с пустыми резервами. Первая половина урока, посвященная непосредственно общей медитации, окончилась тем, что кто-то из задремавших мальчишек всхрапнул, и все выпали из медитации под сердитый монолог мастера Сорина. По-моему, третья девочка в нашей группе тоже тихо дремала, но мы с Раминой стойко держались. Не знаю на чем она, а я на одной гордости. В этом сумраке спать хотелось дико. Как же хорошо, что сегодня на почту идти не нужно. Похоже, придется все-таки отказываться от подработки.

На второй половине урока группу разделили. Те, кому вчера не удалось залить кристалл на стилусе, продолжали пытаться это сделать. Остальным выдали пустые кристаллы для заливки: Рамине один ученический и три малых, другим по три малых, и велели залить до полного кто сколько сможет.

Успехи разнились. Я осилила только два малых, третий так и не начал светиться, как ни упиралась. Марек залил аж четыре малых, порадовав мастера. Остальные справились ровно с тем количеством, которое им выдали. И еще трое перешли в группу заливщиков, заполнив кристаллы на своих стилусах.

На улице, где было светло и обдавало ветерком, от сонливости не осталось и следа. А вот есть хотелось просто зверски. Кое-как дотерпев до ужина за учебником истории, мы собрались за одним столом. Женщина на раздаче, посмотрев на наши откровенно голодные взгляды, выдала по полуторной порции. Рамина снова ела в нашей компании. После ужина послали Марека, как самого шустрого, в таверну с наказом отдать медяшку за завтрашнее питание, а сами ушли ждать его на спортивную площадку. Несмотря на плотный ужин, все еще присутствовало чувство голода. Поговорив немного о преподавателях и уроках, мы решили не тратить время зря и прямо на травке сели медитировать. К моменту, когда вернулся Марек, все с удивлением обсуждали пришедшее чувство насыщения. Похоже, голод вызывался еще и пустым резервом, поэтому требовалось наполнять не только желудок. Для подтверждения теории посадили медитировать все еще голодного Марека и в скором времени убедились в правильности своих выводов.

Распределив принесенные яйца, я грустно посмотрела на малышку — с ней мы сейчас делиться не могли. Жаль, конечно, но пока нам самим не особо хватало.

В комнате решила поставить небольшой эксперимент и потренироваться с концентрацией, поскольку при обычных упражнениях у меня с ней проблем не возникало. В свое время, когда я учила уроки, бабушка слушала на кухне радиоспектакли, ну, и я их «краем уха» тоже слышала. Так что разделять внимание я не только умела, но и привыкла.

Подвесила перо в воздухе над столом по левую руку от себя и частично от него отвернулась, видя лишь краем глаза, но стараясь не сосредотачиваться на пере и только мысленно удерживать символ. Повернулась проверить результат — перо висело. По идее, так должно расходоваться больше энергии, и перо скоро упадет, зато резерв будет расти. Открыла учебник истории и начала медленно читать, продолжая контролировать символ. Осилила один абзац, с трудом вникая в смысл, проверила — перо висело. Решив не особо сильно заморачиваться экспериментом, продолжила учить историю, постепенно делая конспект. Примерно через четверть часа вспомнила про перо — оно продолжало висеть. В задумчивости покрутила в пальцах стилус и, удивленно уставившись на одновременно поворачивающееся вокруг своей оси туда-сюда перо, все же его уронила.

Попытавшись проанализировать, как же я крутила перо, поняла, что одновременно с движением пальцами мысленно следила за вращением стилуса, и непроизвольно стала синхронно поворачивать символ. Подняла перо и специально покрутила его таким способом, потом попробовала перемещать горизонтально над столом тем же образом, что и поднимала вверх. Все получалось нормально, даже полет «по восьмерке». Перо не падало. Странно, по моим прикидкам, я занималась уже примерно час, а на занятии резерв у меня за это время закончился, хотя концентрация была выше. Может, если чересчур сильно сосредотачиваться и постоянно пытаться вливать энергию в заклинание, она теряется? Я попыталась вспомнить, не упоминал ли что-то про это мастер Эрх. И поняла, что он не говорил нам подпитывать заклинание. Вливать энергию нужно было только при его произнесении. Правда, откуда она бралась потом, непонятно. Зато завтра будет теоретическая магия, вот у мастера Кайдена и спросим, вроде он на вопросы по существу нормально отвечает.

Так и не уронив перо, я решилась поэкспериментировать с чем-то более существенным. В качестве объекта была выбрана выданная деревянная ложка. Поднять ее мне все же удалось, но, в отличие от пера, было ощущение, что столовый прибор все время тянет вниз. Продержаться у меня получилось меньше минуты, после чего ложка со стуком упала на стол, а я вновь почувствовала голод. Помедитировав с четверть часа почти до полной темноты, не удержалась и съела одно из припасенных яиц, после чего провалилась в глубокий сон.

На следующий день левитации не было, зато было сразу две медитации — на первом и последнем занятии. Пришедший за нами мастер Сорин объяснил, что так делается специально, чтобы начинающие маги не надорвались. Я безразлично пожала плечами. Поскольку чувствовала себя вполне нормально, не считая того, что почти постоянно хотелось есть, то и сегодня собиралась продолжить самостоятельные вечерние занятия. На первом уроке мы не заливали кристаллы — только наполняли резерв. Все выглядели уставшими, видимо, действительно вчера выложились. По дороге в класс я решила узнать, кто сколько вечером упражнялся, но выяснилось, что таких только шестеро, включая меня: близнецы, Янасар, Рамина и Рейс. Остальные смотрели на нас, как на ненормальных.

— Вам что, больше всех надо? — спросила третья девочка в нашей группе, которую звали Ирра.

— Перед мастерами выпендриться хотите? — добавил вихрастый задиристый мальчишка.

Мы даже не стали ничего отвечать. Если кто-то занимается дополнительно именно чтобы выпендриться, это все равно лучше, чем не заниматься.

Чистописание прошло как всегда, с поправкой на то, что теперь успевали все адепты. Мы с Янисаром снова ушли в библиотеку, а когда вернулись, застали странную картину — тот самый вихрастый мальчишка крепил к стилусу у доски какие-то колючки.

— Ты что делаешь? — первым среагировал Янисар.

— Над мастером Веридой подшутим. Она схватит стилус и как заорет, — радостно сообщил он нам.

— Ничего себе шуточки, — оторопела я и отняла у него стилус.

Ну и дрянь же он туда приклеил! Сама два раза укололась, пока отковыряла. Еле успела положить стилус на место и сесть за свою парту, когда пришла преподавательница. Янисар все это время ругался с озорником, никак не желавшим понять, почему мы не хотим подшутить над преподавателем. Шкодник сидел на парте передо мной. Я со своего места наклонилась и шепотом сообщила: