С одной стороны, если мне суждено умереть, то я хотел побыть рядом с ней хоть немного. Насладиться ее близостью. А с другой… Наверное, было бы проще, если бы она продолжала меня ненавидеть. Ведь меньше всего мне хотелось снова провести её через тот ад, который я однажды ей устроил.
Поэтому, едва рассвело, я нарушил обещание, данное Фелиции, и отправился в деревню один, чтобы заглянуть к архивариусу местной часовни.
Мне не хотелось лишний раз ставить Фэл под удар.
Отправить Лорин восвояси я пока не мог. Ведь не пройдёт и дня, как сюда явится советник короля. А возможно, и сам правитель. Которого несомненно заинтересует рассказ Лорин о том, что вместо того, чтобы искать причину, я взял под защиту девушку, живущую в местах, где впервые вспыхнул Мрак.
Что-что, а дураком нашего правителя назвать было нельзя.
Если связь Фэл с тварями вскроется — мы оба пропали. Казнят обоих.
Меня — за то, что утаил правду, а значит, по мнению короля, перешёл на сторону тьмы. А её — как угрозу нашему миру. А тем более, когда лекари узнают, что частичка ее магии во мне — в том, в ком живёт настоящая магическая тварь.
Поэтому у меня не осталось выбора, кроме как поддаться игре Лорин. Временно. Пока я не найду ответы на свои вопросы.
И это, возможно, поможет удержать с Фэл ту дистанцию, которую я постоянно хотел нарушить.
Несколько часов я перелистывал книги, рыскал по записям, расспрашивал старого архивариуса. Но ничего. Только брачные документы, записи о рождении и смерти.
К полудню я вернулся домой с пустыми руками.
Я зашёл через кухню, надеясь избежать общества и внимания гостей, и двинулся к библиотеке.
Мне отчаянно хотелось одиночества.
Чтобы никого не видеть, не слышать, никому не улыбаться…
У меня уже появилось несколько версий, кто уничтожил информацию в архивах, и я хотел приглядеться к подозреваемым.
А еще меня настораживало, что магические твари уже долго не дают о себе знать. Я не чувствую их рядом. И вроде бы, надо радоваться… Но меня не покидало странное ощущение, что это просто затишье перед бурей.
Слуги метались по дому, на кухне гремела посуда, кто-то таскал подносы с фруктами во двор.
— Ваша Светлость, — в коридоре меня окликнул управляющий. — Прибыл Реджинальд Эллингтон. Проводить к вам?
— Нет. К гостям. Скажи, что я ещё в деревне.
— И леди Лорин спрашивала о вас.
— Ей ответить то же самое.
Я нырнул в библиотеку и запер дверь.
Это было одно из старейших помещений дома.
Дубовые стеллажи тянулись к потолку, полки ломились от книг в кожаных переплётах. На стене, рядом с массивным столом, красовался герб нашего рода, отлитый из бронзы. С годами металл потускнел и покрылся зелёной патиной.
Я не помнил, сколько он висит здесь. Возможно десятилетия, а может и века. Но я видел его почти с рождения.
Я провёл ладонью по краю стола и обвел взглядом комнату. Казалось, что здесь еще витает дух деда. Чувствуется его власть, тайны и его холод.
Мои поиски в его кабинете не увенчались успехом. Поэтому если где-то и осталась надежда найти ответы, то только здесь. В стенах этой комнаты.
Вдруг до моего слуха донесся женский смех за окном.
Я нахмурился и медленно подошёл ближе к занавескам.
На лужайке перед домом кипела жизнь. Дамы постарше столпились у столов, мужчины громко спорили, а девушки устроили игры.