Сердце колотилось о ребра, как сумасшедшее, руки мелко дрожали, а на губах, казалось, всё еще оседало его горячее дыхание.
Проклятье…
Я отчаянно хотела спокойствия, вот только в глубине души понимала, что от прошлого мне не сбежать.
Нормально выдохнуть я смогла только через полчаса, когда мы, наконец, оказались дома.
Плотно закрыв дверь своей спальни, я обессиленно рухнула на постель и закрыла глаза.
И под веками немедленно вспыхнули яркие картинки прошлого, которые я мечтала навсегда выжечь из памяти…
Огонь в камине.
Горячее дыхание на обнаженной коже.
Серебряный медальон, скользящий по холодной ключице…
Каждое воспоминание жгло.
Судорожно вцепившись пальцами в подушку, я зарылась в нее лицом, отчаянно желая вырвать из себя эту боль.
— Будь ты проклят, Кайден Торн… — сорвалось с губ вместе со всхлипом.
И по щекам потекли горячие слезы, безжалостно утягивая меня обратно в прошлое…
Глава 5
Прошлое (8 месяцев назад)
— Фелиция, просыпайся! Просыпайся скорее! — радостные вопли Вивиан могли разбудить даже мёртвого. — Ты не представляешь… У нас наконец-то появились соседи! Настоящие! Заброшенное поместье старого герцога Дорийского приводят в порядок!
Я застонала и спряталась под подушкой.
— Ви, прошу… Дай еще немного тишины.
— Но я видела их, Фэл! — не унималась сестра, прыгая у кровати. — Пятеро мужчин! Высокие, статные! Настоящие воины! — она сложила руки на груди и закатила глаза, явно рисуя в воображении очередную романтическую сцену. — Мне кажется, один из них непременно влюбится в тебя с первого взгляда.
Я усмехнулась и вытащила голову из-под подушки.
Посмотрела на младшую сестрёнку, что вновь довольно заметалась по комнате.
Ее светлые кудри подпрыгивали при каждом движении, пока она, смеясь, придумывала романтические истории о том, как в меня влюбятся все соседские мужчины.
Милая Вивиан. Ей едва исполнилось шестнадцать, а она уже грезила о настоящей любви. Мечтательная, романтичная, веселая… Она была главной головной болью тётушки Беатрис.
— Думаешь, их покорят мои старомодные платья и наша обветшалая обстановка в доме?
— Если мужчина по-настоящему влюблён,— с видом знатока протянула Вивиан, — ему всё равно.
— Ему будет всё равно, — вмешалась Луиза, входя в комнату. — До тех пор, пока он не увидит наши счета в банке.
В ее руках как всегда была книга, а темные волосы были заплетены в две тугие косы.
Она положила книгу на маленький столик и рывком распахнула шторы, впуская в комнату солнечный свет.
— Сегодня Тётушка Беатрис отпустила последнюю служанку, — сообщила она, печально вздохнув. — Нам нечем платить по счетам. Теперь мы сами и горничные, и повара.
Я посмотрела на своих младших сестёр. Какие же они разные! Вивиан — вечная мечтательница. Луиза — очень рассудительная и порой строгая для своих восемнадцати лет.