Увидев сержанта, рядовые замахали ему руками, давая понять, чтобы тот быстрее уходил от столовой. Грейли стремительно метнулся в беседку, где, быстро упав на пол, осмотрел стену и дверь домика.
Теперь сержант без труда обнаружил причину такого странного поведения солдат. На фанере, как раз там, где у стоящего человека должны располагаться голова и грудь, зияли несколько свежих пулевых отверстий.
— Ребята, в столовой кто-то есть? — спросил он негромким голосом у притаившихся за стеной солдат.
— По-видимому, да, — ответил один из них. — Когда мы подходили сюда, то ещё издалека увидели, как человек, стоящий в дверях, взмахнул руками и упал. Подойдя ближе, мы уже никого не застали. Только хотели зайти, но тут началась стрельба, и мы спрятались здесь. Дальше вы всё видели, сэр.
— Ладно. Ждите меня. Только не высовывайтесь!
Грейли тяжело вздохнул и, положив перед собой автомат, постарался грамотно сгруппироваться. Затем он прыжком вскочил на корточки и, как мячик, вкатился в двери столовой, распахивая их на ходу.
— Джей, Визули, Тэккер! — выкрикнул он имена офицеров охраны, как только оказался в здании.
И тут же услышал в ответ голос, идущий из-за перевёрнутого стола:
— Я здесь, сержант!
— Кто здесь? — Грейли привстал на четвереньки и пополз к столу.
Окна столовой были настолько большие, что встать в полный рост не представлялось возможным, так как сразу можно было оказаться прекрасной мишенью для притаившихся в горах снайперов.
— Я, — ответил задыхающийся голос.
— Кто — я?! — сержант никак не мог узнать говорившего.
— Тэккер, сэр!
Грейли дополз до импровизированного укрытия, обогнул столешницу и увидел лейтенанта Тэккера. Тот сидел прислонившись спиной к стене и старательно бинтовал своё колено кусками ткани, тонкие полоски которой он отрезал ножом от рукавов кителя.
— Что с тобой случилось, приятель?
— Да так. Влип в дерьмо. Точнее, похоже, что мы все в дерьме — и при этом по самые уши! — шипел лейтенант, пытаясь остановить кровь, сочившуюся из простреленного колена сквозь тряпки.
— Снайпер? — спросил Грейли, прекрасно понимая, каким будет ответ раненого.
— Да. Наша столовая не слишком удачно расположена. Бьют с соседних гор. Тут всё простреливается, — он пытался завязать узел на повязке, но руки плохо слушались его, и у Тэккера ничего не получилось.
— Давай помогу.
Грейли оторвал от края своего кителя длинную полосу материи и, перемотав ею ногу Фэрри, сделал надежную, крепкую повязку.
— Ты не знаешь, сержант, кто это? — спросил лейтенант, пытаясь приподняться на поврежденной ноге.
— Если бы я знал, приятель. Среди нас — диверсант. Чужой, — ответил Грейли.
— Что значит «чужой»? — Тэккер часто заморгал.
— То и значит, — Грейли с досадой сплюнул. — Радиостанция уничтожена, восьмерых ребят зарезали прямо в казарме спящими... Как баранов! — он крепко сжал кулаки. — А ещё одного я нашел у дороги на «джипе». Бедняга получил свою порцию свинца точно в шею.
Лейтенант присвистнул.
— Тогда это гораздо большее дерьмо, чем я думал раньше, — уныло произнёс он.
— Точно. Ты не видел Джея или Визули?
— Джея? Нет. Не видел. А Визули был со мной. Попав под обстрел, мы разделились. Он взял троих ребят и пошёл к ДОТам.
— Чёрт! Если это... Да. Ему там будет несладко. Но действует он верно.