— Надо бы проклятие какое-то освоить, — пробубнила, спускаясь по лестнице вниз. — Чтобы звучало как благословение, но трактовалось двояко. Например, «Будь здорова, пока другим не гадишь».
Открыла дверь, выскользнула на улицу и помчалась в гущу молодняка.
С маневром я угадала. Не успела приблизиться, как раздался сигнал горна и команда: «Стройся!»
Уточнений не последовало, поэтому в рядах абитуриентов началась паника.
Прикинув, где находятся столы с конвертами, я юркой змейкой протиснулась между мечущимися фигурами и встала первой, замерев напротив самой внушительной кучи.
Плечи расправила. Подбородок вздернула. Руки вытянула по швам. Взор направила в пространство. Не знаю, как смотрелась со стороны, но себе казалась идеальной боевой единицей.
— Сильвия! — обрадованно воскликнул жених и ринулся ко мне.
Ой-ой. Неужели устал бегать от поклонниц и решил спрятаться за спиной у невесты?
Глава Академии отошел от группы офицеров, одобрительно кивнул мне, призывая оставаться на месте, и рявкнул командным голосом:
— В три шеренги — стройся!
— Дорогой! — из жужжащей, как улей, толпы выскочила эффектная рыжуля и, промчавшись мимо нас розовым ураганом, кинулась Натаниэлю на шею.
Действо происходило в трех шагах от меня и, мягко говоря, покоробило.
Маурицио Лонго вообще потерял дар речи. Кажется, за долю секунды он вспомнил каждое слово из фейского благословения и ошибочно решил, что незнакомка летит в его объятия. Клянусь, я видела, как мужчина вздрогнул.
— Розетта, что ты творишь! — взвыл изменник и под всеобщими возмущенными взглядами попытался отодрать от себя ошалевшую от счастья девицу.
Хе-хе. Как бы не так! Бывшая хозяйка моего тела вцепилась в добычу, словно клещ. Она и раньше считала парня своим, а теперь и вовсе держалась за него четырьмя лапами.
Я присмотрелась к Рози и поняла, почему предшественница завидовала сводной сестре. Та поражала своей яркостью. Высокая. Фигуристая. Невероятно привлекательная. Особенно впечатлял роскошный водопад волос гранатового цвета, стекающий сверкающими струями до самых ягодиц.
На ее фоне тощая русая пигалица наверняка выглядела убого.
Но так было до проявления фейской ипостаси.
Теперь ситуация кардинально изменилась.
В толпе разряженных абитуриенток я казалась особенной — чистой, нежной, эфемерной, неземной, а она…
Она была такой же, как все.
— Назначаю сто часов отработки обоим! — рявкнул пришедший в себя генерал. — Начальник дежурной смены, займитесь нарушителями порядка.
Скользнув по виновато скуксившемуся жениху презрительным взором, я отвернулась и сосредоточилась на грядущем испытании.
— Выбирайте билет, сообщайте адъютанту номер и отправляйтесь выполнять задание, на которое отводится один час, — объявил ректор. — Начали!
Схватила ближайший конверт, зарегистрировала у наблюдателя и отошла в сторонку. Внутри оказался бланк, заполненный мелким угловатым почерком. Я пробежалась глазами по строчкам и застыла с разинутым ртом.
— Да ладно! Серьезно?! Не может быть!
Глава 24
Складывалось ощущение, что текст писал какой-то юморист.
Звучал он следующим образом:
«Вам надлежит проникнуть в кабинет ректора, взять со стола синюю папку и вернуться обратно.