Грани долга: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Отец Александр оказался человеком радушным, он принял Дмитрия в «неформальной обстановке» — прямо во дворе недостроенного храма. В отличие от многих собратьев по цеху, отец Александр избыточным весом пока не страдал, но по всем признакам обладал отменным здоровьем — физическим и, надо надеяться, нравственным. По щекам его разливался завидный румянец, говоривший о том, что длительный пост и усердная молитва способствуют хорошему пищеварению.

Батюшка сразу же расспросил Дмитрия, откуда тот приехал, надолго ли, за какой надобностью. И пока Дмитрий собирался с ответами, успел ввернуть несколько быстрых фраз о насущных проблемах Жуховского храма и, в первую очередь, острой нехватке спонсорской помощи, упомянув и о своей главной заботе на данный момент — строительстве гостиницы для VIP-паломников.

— Но вы, пожалуйста, не беспокойтесь. Номер у вас будет со всеми удобствами, — заверил отец Александр.

«За кого он меня принимает? — подумал Дмитрий. — За мафиози, которому надо отмолить дюжину замоченных соратников? Надо было одеться, что ли, похуже и приехать на автобусе...»

Батюшка лукаво поглядывал на вновь прибывшего раба божия, ожидая ответа. И вдруг всё, в чем Дмитрий собирался покаяться, о чем хотел попросить, разом выветрилось из головы, а слова застряли в горле.

— Я... давно себя плохо чувствую... Я бы хотел помолиться... о здравии, — промямлил он, чувствуя, что говорит что-то не то.

— Завтра же я отслужу заказной молебен у святых мощей преподобного Северина Жуховского. Молебен платный, — не забыл напомнить отец Александр.

— Сколько? — спросил Дмитрий.

— Всё к матушке Наталье — этим она заведует. Кроме того, на завтра к нам заявлена экскурсия — обязательно приходите послушать мой рассказ о житии преподобного Северина и о чудесах, им совершенных.

И отец Александр, вместо традиционного благословения и руки для поцелуя, похлопал прихожанина по плечу.

Дмитрий стоял, задумавшись:

«Уехать прямо сейчас или остаться?»

Что-то еще, какая-то слабая надежда удерживала его. Ведь нельзя же, чтобы все мимо! Все-таки, вера предков... Не могли они все сплошь быть дураки!

Монастырские ворота чуть скрипнули и приоткрылись. Несколько женщин, новых паломниц, гуськом прошли через них. Богомолки едва держались на ногах, несомненно, что пришли они сюда пешком, проделав с утра, может быть, десяток-другой километров. Все были в длиннополой, неброской одежде, в черных платках и с какими-то выцветшими, полинялыми лицами — настолько внешне одинаковые, что, если бы не разница в росте, отличить одну от другой было невозможно.

Глядя на них, Дмитрий про себя отметил, что все сильно богомольные православные женщины имеют традиционный облик: отрешенный взгляд, тихий бесцветный голос и придурковатый внешний вид. Что делает вера с этими женщинами, если они в миру становятся монашками?

Попадья, матушка Наталья, была женщиной в таком же стиле — черноокая, сухопарая, в туго повязанном платке. Она обращалась к отцу Александру не иначе как «батюшка», припадая на одно колено и целуя полу его одежды, что супруг принимал как само собой разумеющееся.

«Они и в постели так: "матушка", "батюшка"? — подумал Дмитрий. — Хотя, какая, в общем-то, разница, как друг друга называть?»

Лавка матушки Натальи, занимавшая чуть ли не треть новоявленного храма, красочностью и разнообразием продукции могла затмить любой столичный сувенирный магазин. Восседая посреди своих владений, матушка с утра кропала финансовый отчет и потому попросила Дмитрия оплатить молебен в день его совершения.

Внутри храм был светел, но как-то слишком просторен и пуст. По стенам справа и слева, на одной высоте и на равном расстоянии друг от друга были развешены новодельные иконы, лики на которых удивляли надменной чопорностью и... безразличием. Дмитрию подумалось, что если бы здесь висели не эти плоские однообразные лица, а хотя бы детские фотографии, было бы лучше.

К вечеру Дмитрию отвели комнату в деревянном двухэтажном строении за монастырской чертой. Удобств в «номере» было ровно столько, чтобы нельзя было сказать, будто он совсем без удобств. Гостиничный класс одной-единственной совковой звезды. Но для захудалой деревеньки это, по-видимому, был шик.

На следующее утро, оплатив молебен и все услуги, Дмитрий отсчитал в пользу храма тысячу баксов наличными. По внешнему виду присутствовавшего при том отца Александра было понятно, что получать подобные суммы ему не внове и что особо щедрым жертвователем он раба божьего Дмитрия не считает.

До молебна оставалось около часа, и Дмитрий решил немного прогуляться. Тропка, уходившая вглубь монастырской территории, привела его к колодцу с целебной водой.

На лавочке чуть левее колодца он заметил двух мужичков — оба были в заляпанных краской робах и самодельных панамках из газеты, оба с жиденькими бороденками, и тоже подозрительно одинаковые. Кто из них паломник, а кто работник, разобрать было сложно. Один мужичок долго уже о чем-то рассуждал, выразительно жестикулируя — похоже, философствовал.

— Безо всего я обойдусь, — донеслось до Дмитрия. — Ничего мне не надо.

— И жить тебе не надо! — брякнул второй мужичонка.

— А вот уж это не тебе решать! Раз дана была мне Богом жизнь, значит, Он что-то имел на этот счет.

— Ничего Он не имел, ошибся и все тут.

— Если уж на то пошло, так мы все — ошибка природы! — провозгласил «философ». — Очень уж мы сложны и странны, чтоб можно было заподозрить в нас что-то логическое, мы больше похожи на ошибки.

Дмитрий остановился в недоумении — из речей двух мужичков трудно было понять, за какой они вообще тут надобностью. Завидев его, и философ, и оппонент дружно замолчали.

Затем первый глубокомысленно изрек: