На стене где стояли автоматические пушки стало ещё веселее.
Орудия внешне вроде в порядке, покрашены, смазаны и укрыты. Но стоило Ардору приказать снять чехол, а следом один из кожухов и проверить блок наведения, как наружу полезла такая смесь кустарного ремонта, старых трещин и откровенного шаманства, что даже его зампотех на секунду посмотрел на конструкцию как на личное оскорбление.
— Это что? — спросил Ардор спокойно, у крепостного техника — сержанта.
Техник открыл рот, закрыл и потом усмехнувшись честно сказал:
— Старьё, господин капитан. Сказать по правде, всё это не развалилось потому что его птицы засрали. — Ему самому до смерти надоел творящийся в крепости бардак, и он не видел ни одной причины почему он должен покрывать воровство коменданта.
Дигро побагровел.
— Формулируйте аккуратнее, господин сержант.
— Пусть формулирует как может. — Ардор поднял руку останавливая коменданта. — Мне сейчас не стилистика нужна, а реальность.
Он сам обошёл орудие кругом, провёл пальцами по креплению, по износу, по следам свежей подкраски поверх старых проблем и поднял глаза на коменданта.
— Господин подполковник. Когда вы в последний раз лично осматривали эту установку и подписывали акт?
— Три недели назад.
— Лично?
— Да.
— И вас ничего не смутило?
— Эти дефекты не критичны, для службы, капитан. Крепость несёт службу в штатном режиме. Часть узлов стояла в очереди на замену…
— Не критичны? — очень тихо переспросил Ардор.
Люди рядом сразу притихли.
Потому что те, кто уже успел под ним послужить, этот тон знали. Он был хуже крика.
— Да, — осторожнее сказал Дигро. — В текущей конфигурации угроз — не критичны.
Ардор шагнул ближе.
— Подполковник. Вы сейчас стоите перед орудием, которое в отчёте числится боеготовым но с убитым наведением, станина не развалилась потому что залита краской в три слоя, а короб баллистического вычислителя, судя по виду, вообще прикрывает нештатную начинку чем-то гражданским. И вы мне говорите «не критично»?
Дигро тоже сжал челюсти.
— Капитан, я шестой год в Пустошах, и, в отличие от многих столичных шаркунов, прекрасно понимаю разницу между идеальным состоянием оружия и его способностью выполнять задачу.
— Нет, — сказал Ардор. — Вы, кажется, шестой год объясняете себе, почему дерьмо ещё не совсем дерьмо, если оно пока не убило никого лично при вас.
Во дворе стало совсем тихо.
Зампотех батальона медленно отвёл взгляд с выражением человека, понявшего, что дальше пойдёт уже нормальный скандал.
Дигро шагнул вперёд.
— Вы, капитан Увир, прибыли сюда на службу, так и служите, а не устраивайте тут скачки и соблюдайте служебную субординацию в конце-то концов.
Ардор смотрел на него без выражения.
— У меня приказ вышестоящего для меня, и кстати для вас, начальства принять дела в крепости, и там ничего не сказано про покрытие чужих служебных преступлений. — Ардор покачал головой. — Но от себя добавлю, однажды, сюда придёт настоящий противник. И люди, доверившие вам стены, технику и склады, умрут, даже не поняв, в какой именно момент их продали.