Внезапно для самого себя я спросил:
– Скажи Тревор, а не нужна ли тебе помощь?
Глава 12. Мир Омникорн. Община 2341 год.
Проснулся я с чувством зверского голода. Мне кажется, что даже во сне я уже что-то жевал. Живот издавал голодные заунывные звуки, как бы намекая: хозяин, если не покормишь меня, то я начну переваривать свои же кишки, ну и что там ещё внутри.
Решив, что целые кишки мне ещё понадобятся, я натянул на себя штаны и с трудом найденную, последнюю чистую, чёрную футболку. Я влез в домашние шлёпки, и уже совсем было собрался идти в столовую, как услышал тоненький, жалобный писк, идущий из угла, где я вчера бросил свой рюкзак.
Подумав мгновенье, я порылся в шкафчике и ящиках стола и всё-таки нашёл недоеденный мной, как-то давным-давно белковый батончик. Уже без труда найдя старую ветошь, вот уж в чём точно не было недостатка, я как было, смятой бесформенной кучей, бросил её в угол, раскрошив сверху остатки лакомства и, достав из рюкзака крысёныша, положил его сверху этой конструкции.
– Нарекаю тебя – царём сей горы, о великий крыс, – пробасил я и сам же рассмеялся своей шутке.
В это же время крысёныш, не теряя времени понапрасну, смешно пошевелив своим розовым носиком, нашёл первую крошку батончика и, жадно заглотив её, начал смешно двигать челюстями. Его маленькое тельце только начало покрываться пушком, ещё во всю просвечивая розовой кожицей.
– Давай, лопай! – Сказал я ему и, не дожидаясь ответа, вышел из своей конуры и пошёл насыщать уже себя.
Когда-то овощное хранилище, в котором мы все теперь обитали, представляло собой большое трёх этажное здание, но теперь этажа осталось только два и оба подземных.
Верхний надземный этаж был разрушен специально:
Во-первых, что бы заблокировать лёгкий доступ в общину снаружи.
Во-вторых, чтобы создать дополнительную защиту от вредной среды.
Поэтому наверху теперь оставалась только хорошо замаскированная и укреплённая наблюдательная башенка, из которой велся круглосуточный мониторинг поверхности. Общая столовая же находилась на первом подвальном этаже, также здесь находились и все другие основные, но не самые важные, помещения нашей общины.
Помещения первого подвального были разделены на две части общим коридором. Эти две части, в свою очередь, также были разделены на неравные секции, оборудованные хорошей системой вентиляции освещением и всем тем, что необходимо для сносного существования людей в подземных помещениях и галереях.
Сейчас эти секции были отданы под разные нужды и с одной стороны коридора они были переоборудованы под жилые помещения, с другой же стороны находились такие общественные зоны как столовая, зал собраний, он же учебный класс, помывочная и прачечная, а так же складские помещения, где не хранилось ничего особо ценного. Община кстати, ни кого не кормила бесплатно. Каждый её участник должен был приносить хоть какую то пользу. И уже в зависимости от этой пользы, каждая работа естественно была ранжирована, начислялись монеты.
Монетами назывались электронные деньги, не знаю кто это придумал, ведь реальных денег не было ни у кого уже очень давно. Но название прижилось. Так вот, искатели находились в этом табеле о рангах чуть выше среднего. Более высокие коэффициенты были у администрации общины, чуть меньше зарабатывали за смену незаменимые спецы. Эти люди могли быть разных профессий, но каждый понимал, что поддержание функционирования инженерных систем общины, полностью их зона ответственности и это жизненно важно. Чуть меньше монет, чем искателям, начисляли крафтерам, ещё меньше людям разных простых рабочих специальностей и совсем мало обсуживающему персоналу и пришлым.
Столовая в этот час была почти пуста и только за дальним столиком, сидели трое видимо недавно пришлых чужаков, раньше я никогда не видел этих людей. Они негромко говорили о чём-то и пили чай.
– Тётя Феня, мне как обычно, – сказал я, подойдя к кухарке, официантке, уборщице и кассиру в одном лице.
– Смешно,– ответила она мне и, взяв миску разделённую перегородкой в пропорции одна к двум, сначала положила мне поварёшку протобелковой массы, а затем две поварёшки протозелени.
Другого меню в столовой у нас не было. То, что называлось чаем, конечно, не в счёт. Необходимое количество белков, жиров, углеводов и витаминов содержалось в этой порции. На вкус она была всегда немного разной, что честно говоря, не привносило никакой радости от её потребления.
– С тебя как обычно, – вернула мне шутку тётя Феня и я приложил свой ПК к её, проводя это списание.
Я сел примерно посередине столовой, на равном удалении от всего, что меня окружало в этом пространстве, такая у меня привычка ещё с детства. Многие думают, что лучше садиться спиной к стене, в углу, чтобы видеть вход, но это ерунда, скажу я вам. Тот, кто пытается выжить изо дня в день, каждый раз решает: бежать или драться, в той или иной ситуации, а куда ты сбежишь из угла? Вот то-то и оно.
На пищу я набросился с аппетитом. Почти насытившись, я сбросил скорость отправления ложки в рот и от нечего делать и природного любопытства стал крутить головой. За то время пока я ел, зашли ещё двое. Я знал их давно, они были семейной парой и работали крафтерами. Судя по активной жестикуляции Эд, что-то пытался объяснить своей жене, она же слушала, активно кивая, и задавая уточняющие вопросы. В катакомбах не принято кричать и все говорили обычно достаточно тихо, поэтому я не мог разобрать, о чём они спорят.
– Повышаю сенсорику, – так неожиданно раздалось в моей голове, что я кажется, вздрогнул.
– Вот смотри, этот клапан надо смонтировать сверху, тогда будет удобнее собирать дальше, поняла?
Не сразу я осознал, что теперь прекрасно слышу, о чём говорил Эд с супругой.
– Нова, что за прикол?
– Криз, ну ты же хотел послушать? – Ответила Нова.
– Да не особо, – промямлил я и даже как-то смутился.