Мы пошли обратно к машине, держась за руки. Пока мы ехали, Джиллиан снова накрасилась и заплела волосы, пытаясь исправить ущерб, нанесенный океаном. Я попытался высадить её перед входом, но она положила руку мне на ногу:
— Нет, Грант. Я хочу войти с тобой. Паркуйся. Мы заодно, помнишь?
Я долго смотрел на нее:
— Уверена?
Она кивнула, и я вырулил из зоны высадки к парковке. Она взяла меня за руку, когда мы поднималась на лифте. Этот крошечный жест был её способом сказать мне, что с нами всё будет в порядке. Мне хотелось выпятить грудь и закричать на весь мир: «Да пошел ты, Кристиан. Она выбирает меня!»
Лифт открылся, и никто из нас не был готов к увиденному. Джиллиан порывисто расцепила наши руки, чтобы ладонью сдержать свой вздох и возглас.
Глава 18
Джиллиан
— Вот она! — Ава протиснулась сквозь других членов семьи, ожидавших там. — Мы ждали час. Где ты была? — Я ответила на её объятия, но была слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать. — Мы с Триш только что вернулись в город и узнали о твоей бабушке. Мне очень жаль, что меня не было здесь раньше, когда я была нужна тебе.
— Я тоже, — шмыгнула носом Триш, присоединяясь к нашим объятиям. — Но твои лучшие друзья сейчас здесь, и тебе не нужно проходить через это в одиночку. И кроме того, смотри, кого мы привели!
Они освободили меня из объятий и повернулись, показывая, кто стоял позади них.
— А вот и моя девочка! — Кристиан подхватил меня и закружил. — Боже, я скучал по тебе, детка.
У меня закружилась голова, когда он опустил меня, и не от его объятий. Кристиан вернулся на день раньше и стоял передо мной. Я посмотрела через плечо на Гранта, который выглядел таким же взволнованным, как и я. Ведь он только что сказал мне, что мы справимся с этим вместе, но по мере того, как Кристиан вел меня вперед, я все дальше и дальше удалялась от Гранта — во всех смыслах этого слова.
Я одними губами прошептала: «Прости», но он опустил голову и вернулся в лифт.
У меня не было времени обдумать это.
— У нас потрясающие новости, дорогая, — сказала мама. — Твоя бабушка проснулась недавно, и мы с твоим отцом смогли пройти и поговорить с ней. Похоже, с ней всё будет хорошо. Ни её речь, ни глотательный рефлекс не пострадали. Ей понадобится небольшая физиотерапия, чтобы справиться с некоторой слабостью в ноге, но она справится.
Слёзы навернулись на мои глаза, но Триш протянула мне салфетку, прежде чем они успели упасть.
— Это так прекрасно, мама. Это лучшая новость, которую я слышала за долгое время. Папа сейчас с ней? Могу я пойти к ней?
— Да, проходи. Я позвонила твоей сестре, чтобы сообщить новости, и ваша тетя Натали готовит нам поздний ужин. Я подожду здесь с твоими друзьями, пока ты пойдешь и повидаешься с ней. Она в палате номер тридцать один-пятнадцать дальше по коридору и налево. Сразу после сестринского поста.
Я встала и пошла в сторону палаты. У меня кружилась голова, но сейчас я не могла сосредоточиться на своей личной драме. Дверь была приоткрыта, поэтому я постучала и немного подождала, прежде чем толкнуть её и войти.
— Привет, обезьянка. — Папа встал и уступил мне свое место.
— Привет, папочка. Она в сознании?
— Была минуту назад. Она прошла через многое, так что очень устала.
Я села рядом с ней и взяла её мягкую ладонь в свою. Папа двинулся к двери:
— Почему бы тебе не побыть с ней наедине несколько минут?
— Спасибо, с удовольствием.
Он вышел за дверь, оставив меня наедине с бабушкой. Я сидела несколько минут, просто глядя на неё, и слезы радости катились по моему лицу. У неё больше не было инвазивных трубок в горле, только канюля для кислорода и какая-то капельница.
— О, бабулечка. Я так рада, что с тобой все будет в порядке. Я не знаю, что бы я делала, если бы потеряла тебя. Потому что сейчас мне нужна твоя мудрость больше, чем когда-либо. В моей жизни сейчас беспорядок, и я не знаю, что делать дальше.
Я всхлипнула и вытерла слезы.
— Но обо всем по порядку, бабуль. Тебе нужно поправиться. Нужно отдохнуть и дать своему телу восстановиться, а затем делать всё, что тебе скажут врачи, чтобы мы с тобой могли всё обсудить, пока раскатываем тесто и смешиваем начинку для пирога, хорошо?