- И как ты это узнаешь? - поинтересовалась Фроловна.
- А давайте съездим по старому адресу, там ведь должен остаться тот, кто нас помнит, - выдала новую мысль Тимофеевна.
- И что нам это даст? – осторожно спросила Фроловна.
- Может, поймем, почему мы остались тут.
Подруги умолкли. Молчали они долго. Марковне даже показалась вечность, но в конце концов с Тимофеевной согласились.
Поехать решили днем. Утром все спешат на работу, не до разговоров, а днем, ближе к вечеру, есть возможность кого-то и найти.
Они решили не испытывать судьбу и вызвали такси. Таксисту назвали старый свой адрес на Ясной. И, с замиранием сердца, тронулись в путь.
Мимо проносились знакомые улицы. Город вырос, изменился, проложили новые дороги, старые расширили. Подруги только и вертели головами в разные стороны. Таксист даже решил, что они гости и стал рассказывать историю города.
Но вот показались знакомые пятиэтажки. Таксист притормозил и свернул во дворы. Сердца подруг забились чаще. Вот и их дом. Кусты, что когда-то подстригались, теперь вымахали, исчезли клумбы. Вместо детской площадки образовалась стоянка машин.
Они вышли на дрожащих ногам из машины и уставились на окна. Чужие занавески, металлические двери на входе, скамейки исчезли. Вокруг все не так, как было. Нет того ощущения, что это все родное.
Они стояли и смотрели на свой некогда родной дом.
- Может, Романова из пятьдесят шестой ещё жива?- спросила Фроловна.
- Ей в те годы семьдесят было, сейчас все сто, - усмехнулась Тимофеевна, - если и жива, то в маразме.
- А Настасья Кирилловна? – вдруг вспомнила Марковна.
- Так ей еще больше было, - махнула рукой Тимофеевна.
Тут по дорожке к дому заковыляла дамочка лет так шестидесяти. Короткая стрижка, красное платье, прическа, на руке сумочка.
- Смотри, как чешет, вот прям один в один Алька из пятнадцатой квартиры, - кивнула головой Марковна.
Подруги внимательно пригляделись к женщине.
- Так она и есть Алька, только лет так на тридцать старше, - Фроловна с недоверием смотрела на женщину.
- Как есть Алька, - кивнула Марковна.
- Не помнишь, как у неё отчество? – спросила Тимофеевна.
- Тю, какое отчество? Она для нас тогда была секушка в короткой юбке, - огрызнулась Марковна.
- Так сейчас мы для неё такие же девки, - Тимофеевна сделала страшные глаза, а Марковна удивленно на неё вытаращилась. До неё начало медленно доходить.
- Не будет она говорить с нами, - выдала Тимофеевна.
Но тут Фроловна быстро пошла женщине наперерез.
- Извините, добрый день, а не подскажите ли мне, - умела Фроловна втереться в доверие, - здесь когда-то жила Мария Фроловна Овчинникова.
- А вы ей кто? – женщина спросила настороженно.
- Я была знакома, то есть не я, а моя бабушка с ней была знакома, работали они когда-то вместе, - начала врать Фроловна. – Вот она подсказала мне адрес, хотела спросить…
- Вашей бабушке сто лет? – усмехнулась женщина.
- Нет, что вы, просто Марии Фроловне тогда было уже лет пятьдесят, а моей бабушке тридцать, - быстро нашлась Фроловна.