Я расспросила о диагнозе женщины и поняла, что операция даст ей шанс на ещё долгие годы жизни.
— Я хочу помочь ей, — сказала я, глядя на Ольгу. — Я оплачу операцию.
— Нина, вы… — сняла очки доктор и посмотрела мне в глаза. — Вы явно очень добрая и эмпатичная девушка. Но эта женщина вам никто, вам нужно думать о себе и ребёнке. Вы уверены, что хотите на неё тратится? Речь ведь идёт не о десяти рублях.
— Для меня эта сумма не столь существенна. Я хочу помочь.
— Ну-у… Если вы так желаете… Поговорите тогда с Валентиной сначала.
— Не надо. Давайте я просто оплачу, а вы скажете, что ей дали квоту вне очереди.
— Э-э… Ну, как пожелаете… Вот квитанция на оплату.
— Спасибо. А что насчёт меня? Вы хотели поговорить обо мне.
— Да… Есть пара вопросов по поводу вашего здоровья.
— Ничего страшного? — спросила я и сама испугалась, машинально положив руку на живот.
Ребёнка я ещё внутри себя не ощущала, но уже боялась за него.
— Нет-нет, всё в порядке… Просто некоторые моменты меня беспокоят. Ваше состояние.
— Что вы имеете в виду?
— Ваше психологическое состояние.
— А что с ним?
— Нужно выравнивать его, чтобы вы выносили ребёнка. Я приглашу для вас специалиста-психиатра. Возможно, нужно будет попить препараты, которые вас поддержат, естественно, с учётом вашей беременности. Вы не будете против осмотра?
— Психиатр мне нужен? Всё так плохо со мной? — всё же испугалась я…
Глава 10
— Не стоит беспокоиться, — улыбнулась доктор. — Просто хочу, чтобы вам помогли справиться с вашей… Э-э… Ситуацией.
Я опустила глаза. Доктор тоже, видимо, наслышана о загулах моего неверного мужа и о любовнице, которая у них по такой “счастливой” случайности находилась в этом же стационаре с красноречивым пузом…
Больно. И стыдно. Как будто меня поймали на чём-то порочном, плохом, аморальном… Хотя я как раз ничего не делала! Я пыталась быть хорошей женой, проступок и предательство семьи было со стороны мужа, а не с моей стороны, но почему-то жгучий, необъяснимый испанский стыд за этот проступок Егора испытывала именно я.
— Вы уже слышали, да? — подняла я на неё глаза. И подбородок — тоже. Пусть на жалеет меня. Не люблю этого. Я не жалкая. Просто так вышло.
— Сожалею и сочувствую вам чисто по-женски, но… Да, слышала.
— Об этом уже всё отделение болтает? — спросила я, прикидывая дошла ли информация до беременной девчонки моего мужа или нет.
Вряд ли она не поняла бы, что речь о ней и моём муже, если вся гинекология городской больницы о нашей троице судачит.
— Людям рот не заткнуть, — развела руками врач. — Но вам стоит не обращать на это внимания. Сейчас нужно сосредоточиться на себе.
— Обязательно, — кивнула я. — Как написать отказ от лечения?
— Что, простите? Вы же только что согласились со мной, что нужно заботиться о себе.
— Я и забочусь, — ответила я. — Если все только и делают, что болтают обо мне, муже и его любовнице, мне тут делать нечего. Я лягу в платный стационар, подальше отсюда. Дело не в вашей больнице, я думаю, вы понимаете меня, как женщина — женщину.
— Ну… Да, — кивнула врач, доставая бланк. — Заполните это… Только, пожалуйста, выполните обещанное — обратитесь к врачу в другой клинике. Мы пытаемся сохранить вашу беременность. Без капельниц тонус может вернуться. Если вы, конечно, намерены её сохранять…