— Узнавай на здоровье. Пока, говорю!
Я повесила трубку, а сама нервно зажала телефон в руке. Закусила нижнюю губу и задумалась.
Егор действительно может узнать сам, чем таким я…”заболела”.
И узнает, что больна я проросшим во мне его семенем.
Но пусть узнает это тогда не от меня.
Может, мне повезёт, и ничего у него не получится узнать?
Глава 26
На всякий случай я решила поговорить с врачом.
После того как капельницу мне сняли и я пришла в себя, я направилась в кабинет моего лечащего доктора.
— Инна Дмитриевна? Можно? — постучалась я и заглянула в кабинет.
Женщина в белом халате занималась какой-то документацией и подняла голову, чтобы взглянуть на меня.
— Да-да, Нина Алексеевна. Проходите, — указала она на кресло напротив своего стола и убрала в сторону документацию, сосредоточившись только на мне. — Что у вас случилось? Вам бы лучше не вставать пока. Вы можете передавать всю информацию через персонал.
— У меня…очень личный разговор к вам. Просьба, если быть точнее, — сказала я, разместившись в предложенном мне кресле для посетителей.
— Вот как? — подняла она брови и сложила руки в замок, что означало глубокую сосредоточенность на мне. — В таком случае, можно было через медсестру пригласить меня. Вам нужно беречь свои силы, дорогая. Но раз уж вы здесь, то я внимательно слушаю вас.
— Да… — разгладила я на себе больничное платье. Дали переодеться на время процедур. Завтра я планировала привезти своё домашнее. — Я хотела бы спросить у вас: правда ли, что диагноз каждого пациента является врачебной тайной, которую вы не можете разглашать третьим лицам?
— Да, конечно, — кивнула Инна Дмитриевна. — Согласно закону. Наша клиника соблюдает законодательство. А почему вас это тревожит, поясните, пожалуйста? Неужели поползли какие-то слухи о нечистоплотности нашей клиники?
— Нет-нет, что вы… — успокоила я её и улыбнулась. — Ничего такого. Это мой личный и частный интерес. Спрашиваю, потому что у меня довольно непростая сейчас ситуация в семье… Скажите, Инна Дмитриевна, а что подпадает под понятие “третьи лица”? Это вот кто? Сын, подруга? Муж? Он считается третьим лицом?
— Все, кого вы не указали в анкете при поступлении в клинику, — ответила доктор и поправила очки на носу, внимательно глядя на меня. Она всё ещё гадала, что меня побудило задавать такие необычные вопросы. — Помните, вы заполняли такую графу: кому вы разрешаете забирать вашу документацию об исследованиях?
— Да-да, было такое, — припомнила я. — Я написала “никому”.
— Значит, никому мы и не будем ничего разглашать и выдавать на руки, кроме вас лично.
— Это точно?
— Конечно. Всё же озвучьте вашу причину беспокойства по этому поводу, Нина Алексеевна. Я чувствую, что вы нервничаете. А вам этого нельзя сейчас. Расскажите мне, что вас беспокоит, и я уверена, что смогу вам всё объяснить так, чтобы вопросов, которые вас, очевидно, тревожат, у вас не осталось.
Да, Инна Дмитриевна всё же очень чуткая доктор. Она чувствует моё беспокойство после разговора с мужем и его угроз. С врачом мне повезло. В отличие от мужа…
— Понимаете, — постаралась я собрать расползающиеся мысли в кучу. — Я рассталась со своим супругом. Будет развод.
— О-о… Сочувствую. Очень жаль. Как вы это переживаете?
— Тяжело, — честно призналась я. — Это всё случилось совсем недавно. Перед тем, как я узнала о беременности.
— Да уж, вам, милая Нина Алексеевна, не позавидуешь… — покачала она головой. — Я могу вам чем-то помочь? Думаю, назначим вам ещё хорошее успокоительное, которое не влияет на ребёночка, да? И что-нибудь, повышающее бодрость, также безвредное для малыша. Как вы на это смотрите?
— Да, я думаю, мне это поможет, — ответила я, осознавая, что без медицинской помощи мне в самом деле сложно это всё выносить. Может, и не стоит сейчас строить из себя сильную и гордую, а попросить помощи у специалистов, которые могут мне помочь, и это их работа. — Выпишите, будьте добры.
— Обязательно. И ещё настоятельно рекомендую начать занятия с психологом. Вам надо выговориться и проболеть, всё, что случилось. Специалист вам бережно поможет сделать это и пережить всё быстрее. Ради малыша хотя сделайте это, попробуйте. Ему нужна спокойная, уравновешенная, сильная мама, готовая идти вперёд и не жить прошлым.
— Я…подумаю над тем, что вы сказали, Инна Дмитриевна. Может, вы и правы.