— Я думала, ты говорил, что вы не автоворы, — сказала я, пытаясь держать эмоции под контролем.
— Мы не автоворы. Мы не занимались этим уже много лет, не после того как Лука узнал. Слотер и его ребята поймали нас с деталями от одной из их машин. Лука всё уладил, но сказал нам либо завязать, либо убираться отсюда. На тот момент дела начали идти лучше, так что мы остановились.
— Сколько машин вы угнали?
— Тринадцать.
— И, я полагаю, их стоимость была немаленькой.
— Все вместе они тянули бы на несколько сотен тысяч долларов. Мы старались вернуть деньги, когда могли.
— Чёрт, Рэнсом, — сказала я, отступая на шаг, не в силах даже осознать такие суммы.
— После того как мы остановились, всё успокоилось. Но теперь всё начинается снова.
У меня сжалось сердце. Неужели они действительно снова этим занимаются? Неужели те деньги, которые он мне дал, пришли оттуда?
— И?..
— И Слотер сразу начал обвинять нас. Мы пытались объяснить, что это не мы, но после всего, что мы натворили, нам уже не верят. Он знает, что я был зачинщиком в прошлый раз, и он прав. Это я предложил идею. Мы все участвовали, кроме Скаут. Она была младше, и мы знали, что ей не понравится то, чем мы занимаемся. Кай тоже участвовал, о чём я жалею. Он с Скаут одного возраста, но мы всё равно позволили ему учавствовать в этом. Теперь это ему не в помощь — он вляпывается в неприятности каждый месяц.
— Но на этот раз это не вы? Вы не делаете этого снова?
— Нет. Клянусь, не мы. Мы на правильном пути с того самого дня, как Лука поставил нам ультиматум.
— И вы не знаете, кто теперь этим занимается?
— Нет. Мы уже несколько недель пытаемся выяснить, пока сами боимся стать следующими. Некоторые мастерские лишались по три-четыре машины за одну ночь. Такое провернуть незаметно непросто. Это должен быть кто-то, кто уже делал подобное раньше.
Я понимаю, что потеря такого количества машин может разрушить бизнес.
— Поэтому все думают, что это вы?
— Да.
— Почему ты не рассказал мне об этом раньше?
— Сначала я думал, ты веришь другим слухам и снова начнёшь меня ненавидеть из-за этого. Потом я не был уверен, поверишь ли ты, если я скажу правду. Это как будто ты увидела бы всё самое худшее во мне, и я не хотел давать тебе ещё одну причину ненавидеть меня. А потом я просто не хотел втягивать тебя в наши проблемы. Как ты видишь, ничего хорошего в этом нет, и всё становится всё опаснее. Мы стараемся держаться вместе, но иногда это невозможно. Кажется, за нами довольно хорошо следят, когда могут.
— И это те, кто напал на тебя на днях? Когда ты вернулся сюда весь избитый?
— Ага. Просто совпадение, что они меня подловили. По крайней мере, я думаю, что это было совпадение.
Я ничего не ответила. Целый день занятий, потом вечер с Скаут, а теперь ещё и всё это… Я ощущала, как усталость наваливается с такой силой, будто я вот-вот рухну с ног.
— Ты расстроена?
— Нет. То есть да, но не… не совсем. — Я покачала головой, каждая мысль становилась всё более размытой, — Ночь была долгой. Я не знаю, что и думать. Мы можем поговорить об этом завтра?
— Конечно. Пошли, я отвезу тебя домой.
— Не надо, всё в порядке. Я попрошу Фокса.
— Нет, позволь мне. Пожалуйста. — Он взял меня за руку и потянул к машине.
Тихая мольба в его голосе заставила меня уступить и позволить вести себя за собой.
Скаут выбежала, бросившись к Рэнсому с объятиями: