Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга XIV: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

3. Одной из целей командировки в Вашингтон должна стать встреча с работниками магазина «Julius Garfinckel & Co.» и их опрос для выявления тех продавцов, кто продавал убитой женщине предметы одежды, найденные на ней.

Это был годный план, но до его реализации дело не дошло. Через несколько часов произошло важное событие, которое все ждали, но в возможность которого мало кто верил. Женщина была опознана, но!.. Без многозначительного «но!» не бывает хорошего детектива, и в данном случае мы видим замечательное подтверждение этого правила.

Дело заключалось в том, что хотя личность и была установлена, сие не только не прояснило детали случившейся с ней трагедии, но напрочь её запутало.

Отпечатки пальцев, зафиксированные ещё до начала аутопсии и переданные фототелеграфом в федеральное Министерство юстиции, полностью совпали с отпечатками пальцев Эстер Льюис (Esther Lewis), 31-летней жительницы Вашингтона. Как же отпечатки пальцев этой самой Эстер Льюис оказались в базе данных федерального Минюста?

Да очень просто! Женщина работала в критически важном федеральном учреждении и была дактилоскопирована при оформлении на работу. Называлось это учреждение «Бюро гравировки и печати» (Bureau of Engraving and Printing) при Министрестве финансов, проще говоря, это был монетный двор, где изготавливались не только денежные знаки, но и бланки всевозможных документов, защищённых от копирования и подделки — бланки векселей и доверенностей, чековые книжки, федеральные облигации и облигации штатов, акции крупнейших компаний и прочее. Кроме того, в «Бюро гравировки» изготавливались денежные знаки некоторых иностранных государств.

Эстер Льюис, 31-летняя вдова, жительница Вашингтона, странным образом умерла возле моста «Лайонс-крик» поздним вечером 19 июня 1938 года или в первые часы 20-го. Бывает же такое — человек прожил очень обыденную, очень тривиальную и даже скучную жизнь, и всё самое таинственное и непонятное оказывается связано лишь с его смертью!

Эстер была замужем за ветераном Мировой войны Джоном Льюисом до момента смерти последнего в 1935 году. Это был необычный брак — муж был старше жены на 31 год. Для тех времён такая разница в возрасте представлялась исключительной. Впрочем, в отношениях этих людей имелось и кое-что ещё довольно необычное — в их браке были рождены шестеро (!) детей. Это был перебор даже для Америки 1930-х годов, где в то время существовал культ больших семей. Следует уточнить, что Джон скончался по некриминальной причине, на момент смерти ему исполнилось 59 лет.

И после этого Эстер определила детишек в разного рода пансионы в штате Мэриленд и… зажила жизнью свободной женщины. Нет, её дети не голодали и не страдали от преследований неадекватных усыновителей — они были пристроены в хорошие места, поскольку у Джона Льюиса имелись кое-какие сбережения, которые он передал в специальный трастовый фонд, оплачивавший расходы на содержание детей.

Вот только Эстер, насколько можно было судить по полученной из Министерства юстиции краткой биографической справке, поспешила отделаться от обузы и не тратила на детишек много времени.

И то сказать, в 28 лет [когда умер муж] всё только начинается! И ведь сколько всякого ей надо было успеть!

Сообщение об идентификации трупа женщины из Лайонс-крик стало в некотором роде сенсацией. Многие газеты, следившие за криминальными новостями, поместили эту информацию на первые полосы вечерних выпусков своих номеров.

Репортёры, разумеется, бросились искать кого-то, кто мог знать Эстер Льюис — друзей, соседей, родственников, коллег по работе. Разумеется, этим занялись и детективы столичной полиции — теперь, когда стало ясно, что убитая действительно проживала в Вашингтоне, полицейским волей-неволей пришлось подключиться к расследованию, проводимому в Мэриленде.

Вечерний номер «The Washington times» от 22 июня 1938 года с заголовком «Жертва убийства идентифицирована».

Первым человеком, на которого вышли столичные детективы, стала Эмма Салливан (Emma Sullivan), руководившая бригадой уборщиц, работавших в помещениях «Бюро гравировки и печати». Эмма сообщила, что Эстер работала уборщицей на неполную ставку и получала 50$ в неделю — в реалиях того времени это были очень большие деньги за неквалифицированный труд. Для сравнения можно сказать, что промышленный рабочий получал до 20$ в неделю, а самая высокая ставка специального агента ФБР в 1938 году составляла 89$, причём таких агентов было всего четверо, и их список утверждал лично Директор Бюро Гувер. Не будет ошибкой сказать, что высокая заработная плата Эстер Льюис объяснялась не только и не столько тяжёлыми условиями труда, сколько необходимостью обеспечения лояльности работника. Уборщицы имели доступ к ключам от многих помещений и уникальным объектам хранения (краскам, клише, инструментам), и руководство «Бюро гравировки и печати» высокими заработными платами добивалось преданности сотрудников.

Это, разумеется, было не всё. Эмма Салливан сообщила детективам, что Эстер в последний раз вышла на работу в четверг 16 июня. Пятница являлась зарплатным днём, но Эстер позвонила Салливан и отпросилась, сославшись на недомогание. Кстати, то, что женщина не приехала за зарплатой, косвенно свидетельствовало об отсутствии острой нужды в деньгах. Отвечая на вопросы детективов, Салливан заявила, что ничего не знала о беременности Эстер, догадаться об этом по её внешнему виду было невозможно. На вопрос о детях последней Салливан ответила, что ей было известно о нескольких детях, точное количество она не знала, но Эстер уверяла, что дети пристроены в пансионы и с нею не живут.

Эмма Салливан являлась начальницей Эстер Льюис в «Бюро гравировки и печати». Эта женщина первой сообщила сведения, проливавшие свет на обстоятельства личной жизни погибшей женщины.

А что с семейным положением убитой женщины и её интимной жизнью в целом? Согласитесь, уместный вопрос…

Эмма Салливан заверила допрашивавших её полицейских, что слышала от Эстер только об одном мужчине, с которым она поддерживала доверительные отношения после смерти мужа. Фамилия этого человека звучала как «Далтон», но нельзя быть уверенным в том, что это настоящая фамилия и что этот человек действительно один. В принципе, то, что молодая вдова поддерживала отношения с неким мужчиной, не порицалось коллегами по месту работы — все понимали деликатность ситуации и, в принципе, никто не осуждал Эстер. Сразу следует уточнить, что при встрече с репортёрами в тот же день Эмма Салливан ничего не сказала о существовании в жизни Эстер мужчины и, разумеется, не называла его имени.

Детективы помчались по месту проживания убитой женщины в меблированных комнатах. Там они выяснили, что в жизни Эстер действительно существовал некий Плизи Далтон (Pleasie S. Dalton), проживавший в районе Лайон-виллидж (Lyon Village), штат Вирджиния. Район этот находился в 1,5 км от реки Потомак, на противоположном берегу которой располагались кварталы Вашингтона, столицы страны. С Далтоном были связаны три записи, собственноручно сделанные Эстер — одна в блокноте с номерами телефонов, вторая — в закладке, находившейся в книге на прикроватной тумбочке, и третья — на листе бумаги, вложенном в записную книжку, в которой владелица апартаментов учитывала свои расходы.

Плизи Далтона, безусловно, следовало отыскать. Однако имелось несколько технических моментов, которые требовалось прояснить. Кому надлежало допрашивать Далтона — службе шерифа округа Калверт? полиции Вашингтона? или полиции Арлингтона, на территории которого находился Лайон-виллидж? На протяжении некоторого времени руководство этих правоохранительных органов по телефону решало вопросы, связанные с прибытием в Лайон-виллидж детективов из округа Калверт, но до того, как они приехали, стала известна ещё кое-какая любопытная информация.

При изучении записей, в блокноте с телефонными номерами, найденном в апартаментах Льюис, внимание детективов привлекли три телефонных номера, принадлежавшие врачам в Мэриленде. Два доктора имели практику в городе Норт-Бич, а один — в Принс Фредерик, оба города находились в округе Калверт. Как показала простейшая проверка, все три врача являлись гинекологами, что сразу же рождало определённые подозрения. Может быть, к кому-то из этих врачей Эстер Льюис и направлялась в день своей смерти?

В том же самом блокноте с телефонами оказалась ещё одна любопытная запись. Это был телефонный номер католического священника Луиса Милтенбергера (Louis Miltenberger), являвшегося пастором Церкви святого Мартина (St. Martin’s Church) в Вашингтоне. Детективы столичной полиции немедленно отправились на встречу со священником.

Милтенбергер признал знакомство с Эстер Льюис и рассказал историю последних лет её жизни. В конце 1936 года он служил пастором в храме Всепобеждающей Богоматери (Our Lady of Victory Church) в центре Вашингтона, неподалёку от берега Потомака. Незадолго до Рождества того года к нему явилась миссис Уилльямс, жена помощника суперинтенданта Арлингтонского мемориального кладбища, которая рассказала о появлении на кладбище некоей женщины, безутешно рыдающей на могиле мужа. Миссис Уильямс познакомилась с этой женщиной, выяснила, что та находится в тяжёлом материальном положении, и решила ей помочь. Собственно, её обращение к пастору и объяснялось желанием привлечь внимание к тяжёлой судьбе ещё молодой вдовы.

Милтенбергер отозвался на обращение и попросил миссис Уильямс позвонить ему при следующем появлении этой женщины. Через день или два та позвонила и сообщила, что женщина, о которой они разговаривали ранее, опять появилась у могилы мужа. Пастор немедленно сел в свой автомобиль и приехал к Арлингтонскому мемориальному кладбищу, благо расстояние от храма, где он служил, не превышало 5 км.

Католический храм Всепобеждающей Богоматери в Вашингтоне, в котором во второй половине 1930-х годов служил Луис Милтенбергер.

Он познакомился с женщиной, которую звали Эстер Льюис. Её муж был похоронен на Арлингтоне. Его скоропостижная смерть последовала 9 ноября 1935 года, причиной стал спинальный менингит, развившийся стремительно — от момента появления первых симптомов до остановки дыхания прошло едва ли 12 часов. Случившееся с мужем повергло Эстер в шок. Она была беременна шестым ребёнком! Эстер была родом из Мексики. В конце 1920-х годов женщина приехала на заработки в США и некоторое время работала на консервной фабрике в Калифорнии. Там женщина познакомилась с Джоном Льюисом, который, по-видимому, очень её полюбил. Они переехали в Вашингтон, Джон работал охранником, и жили они вполне сносно, несмотря на тяжёлую годину «Великой депрессии».