Катастрофа размера XXL: читать начало книги онлайн

Глава 1

Знаете, каково быть лучшим физиотерапевтом в отделении? Это как быть единственным трезвым водителем на свадьбе: все на тебя опираются, все в тебе нуждаются, но в конце вечера тебя всё равно забывают позвать на праздничный торт. Хотя в моём случае при виде торта — вспоминают как раз обо мне. Точнее, о моём лишнем весе.

Я стояла в ординаторской, поправляя белый халат, который на моих ста десяти килограммах сидел скорее как чехол для танка, чем одежда медика. Вадим — мой жених, блестящий хирург и по совместительству человек со стерильной душой — паковал чемодан прямо на кушетке.

— Оленька поедет вместо тебя, Полин, — бросил он, не оборачиваясь. — У неё английский лучше.

— У Оленьки английский на уровне «London is the capital of Great Britain», Вадим, — я скрестила руки на груди, отчего пуговица на халате жалобно пискнула, моля о пощаде. — А у меня — десятилетний опыт реабилитации и доклад по динамике восстановления связок, на который я угробила год жизни. Мы же договаривались. Конференция в Эмиратах, море, отель, мои наработки...

Вадим наконец обернулся. Вздохнул так тяжело, будто я была неоперабельной грыжей.

— Послушай, там будут светила мировой медицины. Профессура. Я не могу... ну, понимаешь. Ты слишком заметная, Поль. Я не хочу ловить на себе сочувственные взгляды коллег, когда они увидят мою невесту. Пойми! Это вопрос престижа.

Я на секунду оглохла. Реально, в ушах зашумело, как в неисправном тонометре.

— Заметная? — тихо переспросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал (хотя мой подбородок, а их у меня полтора, явно имел своё мнение на этот счёт). — То есть, когда мы три года назад решили жить вместе, мои «объёмы» тебе не мешали? Когда ты ел мои вовсе не диетические запеканки и просил сделать массаж спины после десятичасовых смен — престиж не страдал?

— Тогда мы были дома, — сухо отрезал он. — А это — работа. Сама должна понимать. Всё, меня вызывают на аппендицит. Поговорим позже.

Он ушёл, оставив в воздухе запах дорогого парфюма и дешёвого предательства. Вечером «позже» не наступило. Когда я пришла домой, обнаружила пустую вешалку в прихожей и отсутствие своей флешки на рабочем столе. Этот «гений скальпеля» не просто улетел с Оленькой (которая, к слову, весит меньше, чем моя левая нога), он прихватил мой доклад. Мой труд. Мой единственный шанс заявить о себе.

Я сидела на диване, обнимая пачку печенья — мой стандартный способ реанимации разбитого сердца — и смотрела в стену, так как телевизора у нас не было. Зачем? Если мы практически жили в больнице, а сюда только спать приезжали. И сексом заниматься…

В груди заклокотала такая ярость, что, кажется, я могла бы вырабатывать электричество для небольшого посёлка.

— Значит, слишком «заметная» для твоего престижа? — прошипела я, кроша печеньку в пыль. — Ну что ж, Вадимка, я сделаю себя незаметной. Но не для тебя.

Рука сама потянулась к его прикроватной тумбочке. Выдвинув ящик, я нежно улыбнулась «золотой» кредитке, что блестела внутри. С её помощью мы планировали покупать обручальные кольца и заказывать банкет.

Но планы изменились.

Потому что в почтовом ящике, где почты уже лет десять не было, только рекламные проспекты, я обнаружила флаер с фото невыносимо синего моря и непозволительно сексуального мужчины в белоснежной форме.

«Круизный лайнер «Мечта». 10 дней в открытом море. Интенсивный марафон «Путешествие к лёгкости»: сбрось всё лишнее перед новой жизнью». Цена была такая, что за эти деньги можно было купить подержанную иномарку или почку на черном рынке.

— Идеально, — прошептала я, вбивая данные карты. — Десять дней на сельдерее и фитнесе под присмотром садистов-тренеров. Что может быть привлекательнее?

Когда пришло уведомление о списании, я почувствовала первый прилив счастья за этот грёбаный день. Это было лучше любого эклера. Даже двух!

— К твоему возвращению, дорогой, я буду такой фитоняшкой, что ты меня не узнаешь, — пообещала я пустой спальне. — А когда ты меня не узнаешь, я пройду мимо, вильну бедрами (уже в размере М, надеюсь) и сделаю вид, что мы вообще не знакомы.

И захлопнула ноутбук. До отплытия два дня. Нужно купить белый сарафан — говорят, на кораблях это модно. И плевать, что сейчас я в нём буду похожа на парусник, идущий на таран. Главное, что у этого парусника есть цель и чужая кредитка.

Знаете, что самое приятное в шопинге на чужие деньги? Нет, не отсутствие угрызений совести — у меня они атрофировались вместе с любовью к Вадиму сразу после того, как он украл мой проект и укатил в Эмираты вдвоём с женщиной младше меня на десять лет и худее на шестьдесят килограмм.

Самое приятное — это когда ты заходишь в магазин, где одна бретелька от бюстгальтера стоит как мой средний оклад в больнице, и не чувствуешь себя «бедным родственником» из Сызрани.

Бутик назывался что-то вроде «Шёлк и Грех». Внутри пахло селективным парфюмом, большими деньгами и лёгким презрением консультанток. Девушка на входе — тонкая, как катетер, и с таким лицом, будто у неё хронический гайморит — окинула мои сто десять килограммов профессионально-вежливым взглядом «вы ошиблись дверью, отдел чехлов для диванов на другом этаже».

— Добрый день, — пропела она, не меняя выражения лица. — У нас представлены эксклюзивные коллекции. Боюсь, ваш... э-э... специфический размер может быть в дефиците.

Я улыбнулась своей самой «докторской» улыбкой — той, которой обычно сообщаю пациентам, что курс электрофореза затянется на месяц.

— Любезная, мой «специфический размер» — это триста пятьдесят граммов чистой ярости и золотая карта хирурга-предателя, — я помахала пластиком Вадима прямо у её идеального носа. — Так что несите всё, что у вас есть самого крутого, кружевного и вызывающе дорогого. Если застряну — вызовем МЧС, я заплачу за ложный вызов.

Через десять минут я уже была в примерочной. Это отдельный вид пытки для женщины моей комплекции. Зеркала здесь были такие чёткие, что я видела каждую свою складочку (а их у меня, скажем прямо, немало).