— Обожаю делать больно! — выплюнул он. — Я бы и с тобой поразвлекался, но с тебя достаточно, — злобно ухмыльнувшись, живодёр развернулся и, махнув друзьям рукой, зашагал прочь.
Пёс несколько раз гавкнул в сторону Ванды, после чего, радостно виляя хвостом, побежал за хозяевами-мучителями. Страшно представить, что может вырасти из этих не людей через несколько лет!
— Я… не смогла… помочь… тебе… Я… оказалась слаба. Но, я… я… — плакала девочка над покинувшим жизнь котёнком. Она не раз видела людскую злость в действии, но такую жестокость, тем более от детей, впервые!
Отчаяние сменилось гневом, глаза Ванды застелило бледной пеленой, и через мгновение они сменили цвет с карего на светло-серый, почти белый, а губы твёрдо отчеканивали заклятие.
— Эверте Статум!
Резко крутанув руками и подняв вихрь, она сбила с ног всех пятерых, включая собаку. Пёс испуганно заскулил и рванул в сторону, вырвавшись из ошейника и поджав хвост, а ошарашенные мальчишки с ужасом в глазах попятились назад и тоже припустили. Злость и желание отомстить завладели Вандой. Окончательно потеряв над собой контроль, девочка готова была применить на детях все свои боевые заклинания, но была остановлена чьей-то сильной мужской рукой.
— Не уподобляйся им, — предупредительно проговорил знакомый голос. Старший соратник горько сожалел, что опоздал — если бы он только знал!
— Френк… — пропищала девочка и, задрожав от напряжения, повисла на его руке.
— Поспеши к нему, может, ты сможешь ещё помочь, — участливо предложил молодой человек, покрыв детскую руку своей ладонью.
— Не смогу… — обречённо прошептала Ванда, сглатывая густой комок в горле и оседая на холодную землю. Глаза вновь наполнились слезами. — Он уже мёртв. Когда я пришла, он уже умирал… — просипела она и тихо заплакала.
Френк опустился перед ней на колени и крепко обнял. В этом естественном жесте было столько сочувствия и тепла, что Ванда обняла его в ответ за шею и зарыдала теперь уже в голос. Молодому человеку не оставалось ничего, как лишь поглаживать тёмную макушку и, слегка покачиваясь, успокаивать.
А в свежем выпуске местных новостей на первой полосе пестрела статья: «Стража Совета взяла под арест малолетних извергов!»
На окраине города близ небольшого холма на фоне заходящего солнца появилось небольшое каменное надгробие с аккуратно выдолбленными буквами: «Василёк». Мягкая трава слегка колыхалась из стороны в сторону, а маленький зелёный кузнечик резво перепрыгивал через неё, торопясь по своим делам. Два человека: парень и девочка прощались с крошечным созданием. Горечь от утраты котёнка, так рано покинувшего сей бренный мир, не покидала Ванду.
— Хочешь, я буду твоим братом, буду всегда с тобой рядом? — предложил Френк, повинуясь внезапному порыву и положа руку на плечо тринадцатилетней девочки.
— Я… — Ванда подняла голову и посмотрела в искренние глаза Френка, несмело улыбаясь дрожащими губами и вытирая последние слёзы. — Буду рада!
Девочка крепко обняла теперь уже своего старшего брата, а тот улыбнулся в ответ и нежно окутал названную сестрёнку своими руками.
Примечание к части Следующие события будут происходить спустя пять лет.
История с котёнком написана под впечатлением песни Светланы Копыловой "Про кота".
Глава 4
Френк сидел в своей компании, попивая кофе и поглядывая на вошедшую в офис Ванду. За прошедшие пять лет девочка повзрослела и похорошела. Молодой человек с доброй улыбкой на лице вспомнил, как вскоре после его предложения стать старшим братом, она старалась во всём подражать ему, вплоть до причёски и одежды: её привычные длинные косички всё чаще стали распускаться и собираться в один низкий хвост, а наряды почти полностью копировали его стиль одежды. И, похоже, менять свою привычку сестрёнка не собиралась.
— Френк! — Ванда, заметив названного брата, помахала рукой и уселась за стол рядом со своим коллегой Ромео.
Ребята тут же принялись что-то усердно обсуждать, спорить, смеяться и давать друг другу лёгкие оплеухи. Они выглядели очень и очень мило, по крайней мере, так это выглядело со стороны — на самом же деле лучших друзей и не сыскать.
Ромео вымахал под стать отцу и стал таким же сильным магом. Уже три года подряд он постоянно тренировался со своим кумиром Нильсом и, как говорится, набрался опыта. Впрочем, сама Ванда ничуть не уступала в усердии и часто присоединялась к сильнейшей команде, в которой состоял её названный брат: из-за своей магической способности её брали на особо опасные задания. Ну, а директор, так тот вообще души в ней не чаял и тоже обучал на тренировках.
Ванда небрежным жестом поправила выбившуюся прядь и склонилась к уху Ромео, что-то шепча и хихикая. Парень тоже засмеялся и, резко повернув голову, чуть не столкнулся с ней носом. Френк, внимательно за ними наблюдавший, напрягся, но нет — двое отпрянули друг от друга, ничуть не смущаясь и продолжая веселиться.
День незаметно клонился к вечеру, и настало время расходиться по домам. Маги постепенно покидали офис, и только Ванда не торопилась — она ждала Френка. За эти годы у них стало что-то вроде ритуала прогуливаться по вечерним улицам Магнолии и смотреть на темнеющее небо в память о Васильке. Сердце Ванды давно успокоилось, но привычка поболтать перед сном сохранилась, ведь благодаря трагической судьбе котёнка они с Френком стали близки.
— Как день прошёл? — поинтересовался молодой человек, степенно шагая рядом и положа руку на эфес меча.
— Замечательно, — живо ответила девушка. — Мы с Ромео обсуждали, что подарить Шарли на день рождения. Ты ведь помнишь, ей в этом году исполняется двадцать! Ведь помнишь? — Ванда, хмурясь, посмотрела на брата, но тот виновато улыбнулся. — Ну да, конечно, вы, мужчины не помните таких дат.
— Не надо всех мерить под одну гребёнку, — поправил её Френк. — И почему это я должен помнить дни рождения всех твоих подруг, м-м-м? — молодой человек потрепал тёмную макушку.
— Эй, эй, причёску испортишь! — возмутилась Ванда и, наигранно надув губы, пригладила волосы ладонью.