– Дед, исчезни! – мысленно велел ему я.
Сейчас Валерьяна никто, кроме меня, не видел. Похоже, он даже для Ярины решил на какое-то время стать незримым. Старый извращенец…
После этого дамы, наконец, угомонились, а я вернулся в спальню.
Однако ночь прошла паршиво. До самого утра мне снились чёрные спирали и мёртвая трава. Едва солнце коснулось штор, я вскочил. Состояние было странное: тело ныло, но внутри всё гудело от нетерпения.
На крыльце уже стояла Ярина. Она нетерпеливо постукивала босой пяткой по ступенькам.
– Ну что, проснулся, соня? Идём, – буркнула она. – Тенелист ждать не будет.
– Я бы, может быть, быстрее проснулся, если бы кто-то не решил устроить ночью скандал, – парировал я.
Мы зашли поглубже в лес. Туда, где деревья стояли плотнее, а воздух казался густым. Ярина остановилась и без лишних слов достала свой мешочек.
– Смотри сюда, Дубровский. Сейчас тебе будет больно. И сложно. Очень-очень сложно. Твоя задача – не строить забор из корней. Всё куда изящнее. Нужно сжать воздух и саму магию так, чтобы они стали как сталь. Понимаешь, о чём я? Вряд ли ты быстро сможешь это понять. По крайней мере, попробуй.
Она подбросила вверх крупицу чёрной пыли из своего мешка.
В ней всё ещё хранилась частица магии Тенелиста. Ей-то я и должен научиться противостоять.
Я вскинул руки, выплеснул из себя силу… Но облако чёрной пыли лишь поглотило мою магию.
– Да не лей ты в него энергию! – крикнула Ярина. – Держи форму! Сжимай!
Я стиснул зубы так, что челюсть заныла. Попробовал ещё раз. Перед глазами поплыли красные круги, пот заливал лоб, а в висках застучало.
Ничего. Справлюсь. Ерунда!
Я нырнул сознанием в землю, нащупал там могущество самого леса. Силу, что скрывалась в переплетениях корней. А затем резко, одним рывком выставил её перед собой. Воздух между мной и чёрной пылью вдруг ощутимо загустел. Пространство задрожало, посыпались зелёные искры.
Чёрные крупицы ударилась об этот щит и бессильно отскочили. Они просто не могли его пробить.
Я пытался восстановить дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее. Каждая секунда стоила мне огромных усилий, но щит стоял. Крепко. Намертво.
Ярина резко взмахнула рукой, убирая пыль обратно в мешочек. Я тут же опустил руки и тяжело выдохнул.
– Ну что? – прохрипел я, вытирая пот рукавом. – Кажется, получилось не так уж и плохо.
Я повернулся к Ярине и замер. Она молчала. Обычно дерзкая и острая на язык, сейчас она смотрела на меня широко открытыми глазами. На её лице было написано чистое, неподдельное изумление.
– Ты... – она запнулась. – Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло? Мой покойный отец учился создавать столь плотный барьер года три – не меньше. А ты освоил эту технику… за пятнадцать минут?
Она подошла ближе и почти с опаской тронула меня за плечо.
– Дубровский, да ты сумасшедший! – улыбнулась она. – Я думала, мы тут до вечера провозимся, а ты просто взял и сделал. С такой скоростью… Тенелисту реально стоит тебя бояться.
– Знаешь, перспектива превратиться в угольную пыль очень мотивирует, – я криво усмехнулся.
Валерьян оказался прав. Пользоваться этой силой и в самом деле трудно. А ведь мне ещё предстоит расставлять такие щиты по всему лесу. Но самое сложное позади.
Отточу навык – и покрою хотя бы часть территории защитной стеной.
Я выпрямился, старался унять дрожь в мышцах.
Успех успехом, но я ведь понимаю – за всё всегда приходится платить.
Валерьян советовал быть с ней осторожнее. И пока она радуется моему успеху, самое время обсудить, зачем она сюда пришла.