Я шагнул в метель и быстрым шагом двинулся к мёртвому шаману. Мой внутренний жар пока согревал, но я уже начал чувствовать холод.
Старика я нашёл, едва не споткнувшись об него. Его вновь засыпало снегом. А в метели было практически невозможно рассмотреть даже то, что было под ногами.
Я быстро стал обшаривать его руками, одновременно сбивая с него снежный покров.
На короткий момент ощутил себя мародёром. Скверное чувство. Духи, с которыми этот шаман общался, этого бы не одобрили. Но разве я мог рисковать человеческой жизнью?
Нет. Ни в коем слу…
Мои жилы будто заледенели. Не от холода. А от того, что я увидел перед собой.
Следы. Отпечатки лап, которые можно было принять за собачьи. Их начало засыпать снегом, но тот, кто их оставил, проходил здесь меньше минуты назад.
Волки.
Они пришли на запах крови.
Глава 2
Нож.
У шамана должен быть нормальный охотничий нож…
Но какой к чёрту нож против стаи оголодавших зимой волков⁈
Я быстро обшаривал руками тело шамана, пытаясь хоть что-то найти. Взгляд постоянно метался по сторонам.
Всё внутри напряглось, я чувствовал себя натянутой до предела струной. Ещё чуть-чуть и лопнет!
А как иначе, когда в любой момент мог увидеть посреди снежных вихрей волчий оскал? Сорок два острых зуба, из них — четыре клыка, способных вспороть глотку за один укус. Тогда как у меня — голые руки и двое юнцов за спиной.
Инстинкт выживания требовал, чтобы я забрал у шамана всё, что у него было, а потом сбежал отсюда как можно скорее. В этом случае у меня оставался хоть какой-то шанс выжить.
Волки чуяли кровь. Они знали, что поблизости раненая, слабая жертва. Её легко убить, ничем особо не рискуя. С ним только девка. Меньше меня. Слабее меня.
Если рвану в лес прямо сейчас, то, вероятнее всего, за мной не погонятся. Предпочтут более удобную добычу.
Была возможность уйти на несколько километров. Переждать бурю под деревом. Развести костёр, благо знал как. Потом найти деревню, она точно здесь неподалёку…
Спасти хотя бы свою жизнь, пока была такая возможность. Вместо того, чтобы ввязываться в заранее проигранную схватку.
Это можно понять.
Это разумно.
Это здравый смысл.
Но что это будет за жизнь, если я спасу себя, бросив на растерзание раненого пацана и мелкую девку?
Не моя. Точно не моя, потому что одна только мысль об этом заставляла мои внутренности мерзко ворочаться. А ещё глубже закипала злость. На себя. За эту самую мысль.
Такие поступки не в моих правилах.
Я не брошу мальцов, потому что тогда им точно конец.
Со мной у них будет шанс. Призрачный. Но будет.
А на здравый смысл плевать, если цена за него — здоровенная часть моей человечности. Я уже умирал и знаю, что это не так страшно.