— Посвящение, — произнёс я во тьме. — Для этого ты говоришь со мной. Хочешь, чтобы я заменил старого шамана и вместо него стал посредником между вами и людьми.
— Ты волен выбирать, Варадар из рода демонов. Можешь пойти по Пути, что ведёт тебя к взращиванию своего семени мудрости в огромное древо, которое просуществует века. А можешь — отказаться и вернуться к зову своей крови. Но учение предков погубит тебя.
— А если я выберу путь практика, вы откроете мне выход? — спросил я скорее из любопытства.
— Ты будешь свободен, Варадар. Если ты отринешь путь Видящего, то пока ты не перейдёшь нам путь, твоя жизнь окажется вне нашего интереса. Мы не станем забирать её .
— Я понял, — кивнул.
Выбор без выбора. Я совершенно ничего не знал о пути практика, чтобы вставать на него. А о пути шамана…
Духи были со мной всю жизнь. Пусть я не верил в них так, как люди верят в силу денег или в то, что начнут новую жизнь с понедельника, но я всегда чувствовал их незримое присутствие. В природе, которая меня окружала. В людях, с которыми я общался и с которыми работал. В мелких событиях, которые происходили со мной.
Пусть я всегда старался оставаться прагматиком и реалистом, но так или иначе, в этом мире духи доказали свою реальность. Настолько же, насколько могла быть реальной сама материя и жизнь.
К тому же, у меня была Система и знания о шаманизме, пусть и из другого мира. Это понятнее, чем какая-то магия практиков.
Я буду шаманом.
В то же время, никто не говорил, что нельзя совместить путь шамана и практика. Кто знает, может из этого получится что-то особенное? Но говорить Голосу о своих мыслях я не стал. Мало ли, как он отреагирует на мои далекоидущие планы.
— Я готов, дух, — сказал я.
— Знай: обратного пути не будет. Ты либо пройдёшь посвящение, либо твой дух присоединится к нам в этом святилище, а тело станет частью камня и воды .
И тут костёр стал ярче, он осветил тёмное пространство пещеры вокруг меня и то, что лежало на её полу… кости. Много костей. Разных: почти истлевших и практических целых. Они лежали вокруг меня, как останки разворошённого могильника.
Те, кто не справился.
Внутри меня всё похолодело, несмотря на тепло костра.
Но я не был удивлён.
— Знаю, — коротко сказал я.
— Тогда присаживайся у костра. Я лично поведу тебя.
Моя рука потянулась в карман, туда, где лежала деревянная бутылка с недопитым зельем старого шамана…
— Оно тебе не потребуется. Не здесь. Не сейчас , — предугадал мои действия Голос.
Может, Голос всё же видит и чувствует больше, чем мне кажется?
По коже пробежала россыпь мурашек. Не то от ветерка, который то ли был, то ли не был; не то от моих предчувствий.
Я сделал вдох поглубже и кивнул, садясь напротив белого пламени в позу по-турецки. Только сейчас я заметил, что дрова, которые питали костёр, горели, но не сгорали.
Огонь притягивал взгляд. И не только его… будто что-то внутри меня тянулось туда — в жар и тепло, чтобы пройти сквозь него и сбросить старую кожу, жизнь и самого себя.
Очиститься.
Так же, как духовно очищались с помощью огня представители всех народов древности, на том или ином этапе истории. И как в моём мире всё ещё очищались представители народов с шаманскими традициями.
Я плавно закрыл глаза, вдыхая жар духовного огня.
Но свет не померк. Я продолжал видеть, и огонь, и духов. Только по-другому — лучше и чётче.
Пламя стало ещё более ярким, словно огромный пожар на вершине древнего маяка. Окружающие меня глаза духов наконец-то обросли телами и формами.