Во власти чувств: читать начало книги онлайн

Он это серьезно?

– Ты оставил меня одну! – Я не хотела казаться беспомощным ребенком, но страх остаться запертой в этом доме в одиночестве все еще бурлил в крови. – А если бы со мной что-то случилось? Что, если бы на меня напали?

– Никто не сможет открыть эту дверь, если только не попытается ее взорвать, а это будет довольно тяжело сделать без привлечения лишнего внимания соседей или полиции. С учетом того, что полицейский участок находится на противоположной стороне дороги, нужно быть самоубийцей, чтобы на это решиться. – Алессио бросил мне самодовольную ухмылку и отвернулся, раскладывая продукты в холодильник.

Его тело было расслаблено, как и выражение лица, когда он снова ко мне повернулся. Он рассматривал меня, будто только что заметил изменения в моем гардеробе. Его взгляд остановился на моих ногах, глаза наполнились чем-то, что я не могла распознать. Алессио подошел ко мне, обогнув преграду между нами, и встал напротив, не лишая тем не менее меня пространства.

– С тобой ничего не случится, пока ты со мной, принцесса. Я никому не позволю тебе навредить.

Уверенность его обещаний напоминала мне отца и его слова о том, что я должна доверять Алессио, однако страх все равно никуда не уходил. Он вцепился в меня острыми когтями и не отпускал. Пока я одна сидела в квартире в ожидании Алессио, все мое тело не переставало дрожать, как бы я ни пыталась успокоиться. Стены словно давили на меня, а весь мир замер в предчувствии чего-то плохого. Как будто я ждала, что они сомкнутся, и тьма проглотит меня, двери откроются, и в квартиру войдут вооруженные мексиканцы. Я старалась не думать ни о чем таком, но звуки выстрелов и крики людей звенели в ушах, хотя я усердно отказывалась это принимать.

Глупые страхи, ведь здесь нас не достанут, раз отец распорядился, чтобы о нашем местонахождении никто не знал. Значит, для моей безопасности были предприняты все меры. Мне ничего не угрожало, если только сам Алессио не был той самой опасностью, от которой по коже пробегали мурашки. Как сейчас. Особенно когда он стоял так близко и смотрел на меня своими грозовыми глазами.

– Я голодна. Мы можем поесть? – Я прошла мимо него, чтобы увеличить между нами расстояние, и села на барный стул.

Казалось, он заметил мои попытки избегать его, потому что дьявольская улыбка не сходила с его лица, когда он подошел ко мне со спины и низко наклонился, чтобы что-то прошептать на ухо, а затем исчезнуть, унося с собой теплоту, которую я не должна чувствовать:

– Я твой телохранитель, а не повар, принцесса. Еда в холодильнике.

Высокомерный, напыщенный придурок. Вот кто он.

Я решила оставить это замечание при себе и не стала ничего отвечать. Вместо этого направилась к холодильнику, выбор в котором после его похода в магазин стал более разнообразным. Раньше я никогда не готовила, поэтому единственное, что казалось доступным, – это йогурт и свежие фрукты. Идеально.

Открыв выдвижной ящик, я достала нож и разделочную доску.

– Осторожней с ножом. Не хотелось бы возиться с порезами на твоей безупречной коже, – прокричал Алессио из гостиной, откуда он мог подглядывать за мной, чем и был занят все это время, думая, что я не замечала. Но сложно было не почувствовать его обжигающий взгляд, который мог просверлить дыру в моем затылке.

Конечно же, он думал, что обращаться с кухонными принадлежностями я не умею, так как я принцесса мафии, которая всегда была окружена слугами и поварами, и был прав. Всю свою жизнь я жила с людьми, которые защищали меня и выполняли любую прихоть. Я не знала жизни по ту сторону особняка, потому что это было небезопасно. Вокруг отца всегда находились враги, поджидающие первой возможности, чтобы его уничтожить. Такова была его жизнь. Наша жизнь. И мы приняли это, хотя у меня никогда и не было выбора. Я не имела права голоса, да и, если быть честной, меня все устраивало. До сегодняшнего дня.

Раньше я знала, что живу в жестоком мире, где смерть наступает всем на пятки, но я никогда не сталкивалась с ней лицом к лицу. Все это казалось сюрреалистичным, но оказалось горькой действительностью. Да, я не могла ничего с этим поделать, мне оставалось лишь принять тот факт, что моих родных больше нет, оплакивать их и жить дальше. Но я больше не хотела жить в той клетке, в которой провела столько времени. Я не хотела быть той Адрианой, которая принимала все как должное и не имела права выбирать свою жизнь. Той бесполезной Адрианы Моретти больше нет. И я была намерена всем это доказать, а пока начать с Алессио, с маленьких шагов и небольших подвигов, например, с этого фруктового салата.

Спустя несколько минут я поставила на стол в гостиной две тарелки с йогуртом, смешанным с фруктами и ягодами, и молча начала есть. Алессио хмыкнул и приблизился ко мне, рассматривая тарелку с едой, как ученый исследует свой научный материал. Не хватало только микроскопа и белого халата.

Кинув удивленный взгляд, он присоединился ко мне за столом. Наши роли поменялись, и теперь наблюдателем стала я. Я пристально следила за каждым его движением, как он зачерпывал первую ложку, как подносил ее ко рту, и ждала его комментариев. Его одобрения. Я не была принцессой, боявшейся испачкать руки и лицо мукой или чем-то другим, просто надобности в приготовлении еды никогда не было. На кухне я всегда только смотрела. Мне нравилось следить за процессом готовки, за оживленными поварами, но больше всего мне нравилось быть свидетелем создания кулинарных творений мамы.

Алессио тщательно прожевывал еду, пока смотрел на меня. Проглотив и сделав глоток воды, он обратился ко мне с пустым выражением лица. Я уже ненавидела этот взгляд, хотя знала его всего пару дней.

– Это сложно назвать полноценной едой, но для принцессы довольно неплохо.

Улыбка расплылась на лице, когда теплота наполнила меня изнутри, от его слов что-то в животе сжалось. Несмотря на попытки уколоть меня и показаться грубияном, его глаза говорили обратное. Это была маленькая победа, но уже что-то.

Довольная собой, я принялась за ужин, не выпуская из виду улыбку Алессио, которая влияла на меня сильнее, чем мне хотелось бы.

Мы съели все в полной тишине, а после вместе помыли посуду, как милая семейная пара. Но мы таковыми не были. Я не замужем, моего жениха убили, а сейчас я проводила время с чужим мужчиной – с моим телохранителем – у него дома. Подобное взаимодействие считалось нарушением установленных правил.

В наших кругах женщинам запрещалось оставаться наедине с представителями противоположного пола, однако сложившиеся обстоятельства вынуждали отступить от правил. Испытывая неловкость, я вынуждена была признаться, что в последние дни находила удовольствие в присутствии Алессио. Мы редко общались, но обоюдное молчание нас не смущало и не доставляло неудобств. Нам не нужно было заполнять тишину разговорами или чем-то другим. Каждый из нас занимался своими делами, а вечером мы вместе смотрели фильмы или футбол, который раньше я терпеть не могла. Когда Алессио готовил, я наблюдала за ним, когда он тренировался, я тоже бегала на дорожке. Такое сосуществование ощущалось естественным и… правильным, вопреки очевидному несоответствию установленным нормам. Казалось, мы жили в нормальном мире и ничто не нарушало привычный покой. С Алессио я забывала весь кошмар и забывалась в этом пузыре сама. Но это была лишь иллюзия.

– Что случилось? – Алессио выключил воду и забрал у меня из рук тарелку и полотенце.

– Ничего. – Он не отводил от меня взгляда, призывая продолжить. – Просто это так странно и… Что я делаю? Я должна быть убитой горем, плакать и страдать от потери мамы и Данте, но почему-то после сна я не чувствую такой боли, как в первый день.

– Что за сон? – Он правда казался заинтересованным, поэтому я решила поделиться.

Алессио встал рядом, едва прикасаясь к моему плечу, и мы оба облокотились на столешницу.

– Где они попрощались со мной. – Я помнила свой сон в мельчайших деталях, но решила упустить тот момент, в котором его крепкие руки прижимали меня к своему телу, не давая последовать за мамой и Данте. – Неизменно красивая мама в своем любимом платье. Она улыбалась и не злилась на меня, как и Данте. Они ушли вместе, оставив меня. Мама попросила остаться и не идти за ней, но я хотела. Я должна была пойти с ними.

Я почувствовала, как слеза оставила след на моей щеке и упала на руки, скрещенные на груди. Воспоминание о луже крови и мертвом лице мамы заставило грудь сжаться, возвращаясь к месту трагедии. Крики и плач звенели в ушах, а металлический запах крови заполнил нос и рот. Я возвращалась туда, но рука Алессио выхватила меня и вернула в реальность, прямо как во сне.