— Я не собираюсь тебя отпускать, не смотри на меня так, будто я монстр, Голди. Я буду держать тебя за талию, а ты расправь крылья, как я. Они сами возьмут всё на себя. Это как когда ты встаешь, чтобы пойти — ты же не думаешь о том, чтобы сказать своим ногам сделать это, они просто делают, — подбодрил он, и я сделала так, как он просил.
Оглянувшись через плечо, я полюбовалась своими крыльями в солнечном свете. Они были великолепного светло-зеленого цвета, и Брам был прав, они действительно чем-то напоминали листья из-за того, как более темный изумрудный цвет пронизывал их, словно прожилки на листе. Они были такими тонкими, что солнечный свет легко проходил сквозь них, но при этом чертовски прочными, почти неразрушимыми. Я знала это, потому что проверила, попытавшись порвать их наедине с собой. Мне нужно было быть уверенной, что я не поднимусь в воздух и они не порвутся, как неисправный парашют.
— Они великолепны, прямо как ты. — Брам поцеловал меня в шею, и я проглотила свой страх, собираясь с духом, чтобы попытаться полететь. Ветер подхватил мои крылья и потянул нас выше, заставив меня взвизгнуть, а Брам громко рассмеялся.
— Хорошо, теперь взмахни ими. Вот так, — он показал, и я повторила. Мы делали это.
— У меня получается! — закричала я, и он улыбнулся, убирая руки с моей талии.
— Стой, стой! — Я начала падать на землю, как камень. Блядь!
— Маши, дорогая! Раскрой крылья и позволь им делать то, что кажется естественным. Они тебя не предадут, — направил он, и я позволила им развернуться на полную катушку, взвизгнув, когда попала в воздушный карман, который подбросил меня вверх на огромной скорости.
— Брам! Смотри! О боги, я, блядь, лечу! — истерически смеялась я, пикируя в воздухе, а Брам гнался за мной, разделяя мое волнение и счастье.
Он подлетел и поравнялся со мной, и мы посмотрели на холмистую местность с огромным горным хребтом на заднем плане. Солнце отражалось в воде внизу, заставляя её сверкать, как миллионы крошечных бриллиантов.
— Это прекрасно, — прокомментировала я, пораженная благоговением.
Рука Брама скользнула в мою.
— Знаю, — выдохнул он, но я знала, что его взгляд был устремлен не на пейзаж.
Несколько часов спустя, когда мы вернулись из леса, где Брам преподал мне основы демонологии, я была измотана. Несмотря на то, что мои крылья были легкими как перышко, для их использования всё равно требовалось немало сил, а это были мышцы, которыми я не пользовалась всю свою жизнь. А я не тренируюсь. Типа, вообще никогда. Так что я знала, что завтра у меня всё будет пиздец как болеть.
Брам сидел напротив меня на кровати и щелкал пультом от телевизора в поисках чего-нибудь посмотреть. Но у меня накопилось еще больше вопросов, и теперь я изголодалась по информации. Казалось, моему мозгу нужно было это полное отключение, чтобы собраться заново, вроде как система безопасности.
— Ну? — Брам изогнул бровь, искоса поглядывая на меня.
— Что ну? — спросила я.
Он глубоко вздохнул.
— Просто спроси меня. Ты же не можешь усидеть на месте. Я знаю, что у тебя есть еще вопросы.
— Ладно, но можно я задам их быстрой очередью, потому что мне кажется, так будет лучше для нас обоих, и мы сможем скорее с этим покончить? Я начинаю хотеть есть, — предупредила я. Потому что моя голодная злость нуждалась в предупреждении.
— Валяй.
Сделав глоток воздуха, я спросила первое, что пришло мне в голову после нашего предыдущего разговора о сцепке.
— Твой член перекидывается в демонический член?
Брам запрокинул голову и рассмеялся так громко, что я не смогла удержаться и присоединилась.
— Я не буду на это отвечать. Следующий вопрос.
Я нахмурилась, но да ладно. Готова поспорить, что, блядь, да. Но, наверное, мне стоит спросить что-то, не связанное с членами…
— Демоны предпочитают холодное или теплое молоко?
— Ты под кайфом? Съела тех грибов в лесу, которые я говорил тебе не трогать?
Пожав плечами, я жестом велела ему ответить на этот чертов вопрос.
— Мы не пьем молоко.
— Я тоже. Полагаю, в этом есть смысл.